Часть 1 Часть 2

Часть 1


(Матрица повелителей времени)
Голос 1: Человеческая Эра. Земля. Пятое октября, 1930. Дирижабль R101 терпит крушение во Франции…
Человеческая Эра. Земля. Тридцатое января, 1933. Адольф Гитлер становится канцлером Германии …
Человеческая Эра. Земля. Десятое декабря, 1936. Отречение короля Эдварда Восьмого …
Человеческая Эра. Земля. Первое сентября, 1939. Немецкие войска вторгаются в Польшу …
Человеческая Эра. Земля. Двадцать седьмое мая, 1940. Начинается эвакуация Дюнкерка …
Человеческая Эра. Земля. Седьмое декабря, 1941. Японская бомбардировка Пёрл-Харбор …
Голос 2: Сенсорийская Эра. Пеладон. Второй квартал, 3894. Пеладон становится членом Галактической Федерации …
Сенсорийскя Эра. Пятая Галактика. Четвертый квартал, 3932. Зефон свергает Воплощение Гри…
Сенсорийская Эра. Центральный Город. Третий квартал, 3950. Мавик Чен избран Стражем Солнечной Системы …
Сенсорийская Эра. Кембал. Первый квартал, 4000. Представители Внешних Галактик встречают далеков …
Сенсорийская Эра. Система 4Х Альфа 4. Четвертый квартал, 4949. Флоты далеков и мовеллан в патовой ситуации …
Сенсорийская Эра. Андромеда. Второй квартал, 5132. Звездные Первопроходцы поглощены Виррнами …
Голос 3: Эра Рассилона. Карн. 5725 точка три. Повелители времени устраивают засаду на Культ Морбиуса …
Эра Рассилона. Галлифрей. 5892 точка девять. Файлы по Оружию Судного Дня украдены.. украдены …
(четко) Эра Рассилона. Внешние планеты. 6241 точка один. Канцлер Гот посещает Терсерус …
(голос снова ослабевает) Эра Рассилона. Этра Прайм. 6776 точка семь. Президент Романа исчезает во время рутинной миссии …
Эра Рассилона. Галлифрей. 6796 точка восемь. Силы вторжения д-далеков отброшены Президентом Романой – Я…
Э-эра Рассилона… Где-то в пространстве. 679… Я - я не могу … 6798 точка два. Временной Флот далеков в ловушке во Временном Вихре и – и … (шепотом) Я не могу вспомнить. Временной Флот далеков в ловушке в – Я не могу вспомнить! В ловушке и – я не могу вспомнить.. Я не могу вспомнить! Я НЕ МОГУ ВСПОМНИТЬ!!!!
(Эхо. Переходит в заглавную тему)

(Внутри ТАРДИС)
Чарли: Ну так что, Доктор? Никаких больше далеков?
Доктор: Именно, Чарли! В ловушке в собственном временном кармане! Получили по, эмм...
Чарли: Вантузам?
Доктор: Вантузам, да! Знаешь, я не думаю, что далекам хватит изобретательности самим выпутаться из настолько сложного парадокса. Я полагаю, пары миллионов лет в чистилище хватит, чтобы Император проглотил свою гордость и обратился к Повелителям Времени...
Чарли: Повелителям времени? Почему? Они ведь не выпустят далеков?
Доктор: Почему, это вполне возможно. Полное уничтожение далеков может вызвать ужасные повреждения Паутины Времени. Некоторые их свершения являются ключевыми для истории. Но теперь это не наша работа, не так ли? И к тому же, у Президента Романы свои счеты с далеками. Она позволит им помариноваться еще — ну, лет двадцать минимум. Теперь — дела текущие. Где же именно мы сейчас? Галактика Актеон! Я не был в этих местах с тех пор, как был стариком, пожалуй! Видишь? Спиральная туманность ... ртутные астероиды ... газовый гигант и красный карлик ... ску-у-учно! Нет, у меня есть идея получше ...
Чарли: К чему вся эта суета?
Доктор: Столько мест еще повидать! Людей повстречать! Это сюрприз. Тебе понравится. Не восторг, но понравится... Посмотрим... Сумаронская Эра, линия дат 9235 точка три...
Чарли: О, не думай обо мне. Я просто постою здесь позади, тихо, как мышь, милая и обиженная? Я сказала, я просто постою здесь позади, тихо, как мышь, ми…
Доктор: Хорошая идея!
Чарли: Знаешь, Доктор, иногда ты меня доводишь. Я собираюсь принять ванну. Меня не будет некоторое время.
Доктор: Ммм! Так, это до или после того, как Мегалютианские Слизерезы взорвали третью планету? Думай, думай ...
Чарли: И после ванной - я пригласила кое-кого на чай. Императора Калигулу, Лукрецию Борджиа, Горокрушителя из Монтаны – Доктор. Доктор!
Доктор: Хорошо! Отлично! Без разницы!
Чарли: Нет, Доктор - смотри! Сверху на сканере, чуть справа – эта унылая серая коробка - это что, ТАРДИС?
Доктор: Прости, что!?!
Чарли: Вот еще одна - и еще - и еще! Они явились за далеками, как ты думаешь?
Доктор: Нет, нет, нет - не сейчас! Только не сейчас!
Чарли: Их все больше! Ох, полагаю, хорошо, что они пришли такой толпой...
Доктор: Прямо как в тот раз (прим. отсылка к Embrace the Darkness). Боевые ТАРДИС в эскортной формации. Чарли, не думаю, что они явились за далеками. Их цель - мы!

Младший кардинал: Временная станция готова к полёту.
Романа: Координатор Ванселл? Должна ли я полагать, что Агентство обнаружило Доктора?
Ванселл: Леди Президент. Да направит вас Звезда Рассилона, да поможет вам его мудрость и да будет его Пояс вашей защитой во всём обилии ваших обязанностей.
Романа: Да, да, да. Мы можем обойтись без всей этой напыщенности? Где он?
Ванселл: Известно, что временная капсула типа сорок, незаконно присвоенная Доктором, в настоящее время дрейфует в галактике Актеон. Координаты 7729 гамма 7, девятнадцатый временной промежуток. ТАРДИС с полным наступательным потенциалом блокируют все входы во временную воронку на промежутке в пять миллионов лет. Несомненно, Доктор будет извиваться, как скользкий червяк-паразит, но на этот раз он не должен сорваться с крючка.
Романа: Какая извращенная метафора, координатор. Как скоро эта временная станция будет в пределах досягаемости?
Ванселл: Ровно через семь микроспан, леди Президент.
Романа: Тогда давайте сделаем это. О, Доктор. Из всех бесчисленных миллиардов обитателей пространства и времени, почему это должен был быть ты?

(Приглушённо работающие устройства управления)
Чарли: Так почему вся эта паника, Доктор? Конечно, кому, как не тебе повелители времени не навредят?
Доктор: В прошлом это было так, но сейчас я не уверен. Прости. Спасибо. Смотри, Чарли, другие семь ТАРДИС. Какая встреча.
Чарли: Должно быть, это на самом деле лестно. Я имею в виду…
Доктор: Шш, шш, шш. Послушай. Идёт сообщение. [Диктор]: Владельцы нелегальной временной капсулы. Высший совет Галлифрея требует, чтобы вы обесточили свой корабль и ожидали последующих инструкций. Повторяю. Обесточьте свой…
Доктор: Да, да, да. Обесточьте свой корабль, бла-бла-бла. Не думаю, что нам нужно это слушать, не так ли?
Чарли: Как знать. Это может быть что-то важное.
Доктор: Важное? У повелителей времени? О, нет, нет, нет. Это наверняка что-то ужасно скучное. Мы, скучные люди в больших воротниках, обнаружили ваше вмешательство в недавнее нападение наймонов на планету Земля и ожидаем, что вы предоставите детальное обоснование своих действий в настолько подробных и бесполезных деталях, что мозг взорвётся. Ну, я не буду это делать.
Чарли: Так-то!
Доктор: Точно. Так, посмотрим, нет ли способа пройти через эту маленькую блокаду.
Чарли: Доктор?
Доктор: Хмм?
Чарли: Что делает та ТАРДИС? Которая вон там?
Доктор: О, та. Ну, понимаешь, такое свечение появляется, когда боевая ТАРДИС готовит пусковые установки временно-искажающего действия перед тем, как запустить группу самонаводящихся временных торпед... Временные торпеды! Они не посмеют.
(Свист воздуха)
Чарли: Я думаю, они только что посмели. А мы не должны, эм, уклониться или сделать что-то ещё?
Доктор: О, нет. Нет, нет, нет. Уклонение – именно то, чего они ожидают, так что именно этого мы делать не будем.
Чарли: Так мы просто будем сидеть здесь, пока нас не разнесет по всему космосу? О, отличный план, Доктор.
Доктор: Чарли, Чарли, Чарли. Повелители времени хотят, чтобы мы уклонились, потому что они знают, что в этот момент ТАРДИС дематериализуется в любом направлении, они будут готовы выдернуть нас из временной воронки и забросить куда угодно. Двадцать девять секунд до столкновения. С другой стороны, если временные торпеды ударят, мы будем заморожены в микросекунде пространства-времени на несколько веков. Достаточно долго, чтобы повелители времени аннулировали входные протоколы ТАРДИС и выкинули нас. Восемнадцать секунд.
Чарли: Доктор, если они в любом случае переместят нас, куда хотят, почему мы не можем избежать всех неприятностей удара тех действительно огромных и страшных ракет и, ну, сдаться?
Доктор: Ни в коем случае. Девять секунд.
Чарли: Почему?
Доктор: Потому что я – Доктор, и что бы ни происходило, каковы бы ни были шансы, я ни в коем случае не сдаюсь. Держись, Чарли. (Свист воздуха)
Чарли: Это оно?
Доктор: Я не понимаю. О да, я понял. Слышишь это? Какое-то временное искажение пересекает траекторию торпеды. Скользит сквозь пространство-время, крадёт целые секунды, сжёвывает моменты и извергает их заражёнными обратно в континуум. Оно захватило торпеды как раз перед столкновением. Погоди, оно снова движется. Чарли. Чарли, тот рычаг, быстро.
Чарли: Что, этот, здесь?
Доктор: Тот, вон там. Быстрее, торпеды почти…
(Шум двигателей ТАРДИС. Искажённые голоса)
Чарли: Ааа! Доктор, что с нами случилось?
Доктор: ТАРДИС на гребне волны временного искажения, с которым мы столкнулись. Повелители времени не смогут предсказать наш путь. Мы просто должны переждать, пока мы не исчезнем, когда бы это явление не закончилось. Не беспокойся, Чарли, это абсолютно… нееет!
Чарли: Доктор!

Чарли: Ох! Это закончилось. О, Доктор, ты в порядке? Ты что-нибудь сломал?
Доктор: Нет. Ничего такого, что нельзя было бы вылечить горячей ванной и хорошей дозой мази.
Чарли: Что там случилось?
Доктор: Как я и сказал. ТАРДИС села на хвост временному искажению, с которым мы столкнулись. Повелители времени не смогут предсказать наш маршрут. Ужасно спутанные координаты, видишь ли, и поэтому ощущения такие, как будто нас просушили в барабане. И теперь…
Чарли: Да?
Доктор: Теперь нас выбросило из потока. Так что давай просто посмотрим, где и когда мы можем быть.
Чарли: Я могу быть не самой умной, но осмелюсь сказать, что я лучше проинформирована.
Доктор: Вектор стабилизируется. А. Всего лишь несколько сотен световых лет от курса. Так, перед тем, как меня грубо перебили, я обещал тебе сюрприз. Скажи мне, Чарли. Как долго ты путешествуешь со мной в ТАРДИС?
Чарли: За этим непросто уследить, но, ну, я думаю, добрых шесть месяцев.
Доктор: Что значит? Что-то ужасно запоздавшее? Что-то очень особенное? О, давай же, Чарли.
Чарли: У меня ни малейшей идеи, но я уверена, что ты мне скажешь.
Доктор: А значит, уже давно пора было… В смысле, примерно уже пора. О, послушай, как-то так. С днём рождения, Чарли.
Чарли: С днём рождения?
Доктор: С днём рождения! И что обычно происходит на днях рождения, хмм? Вечеринки. Вечеринки! Обожаю вечеринки, а ты? И я подумал, что лучший помощник во вселенной заслуживает лучшей вечеринки во вселенной. Так что туда мы и отправимся.
Чарли: Прости, ты меня сбил с толку. Можешь начать сначала?
Доктор: Сумаронская эра, дата 9235.3. Джовианский круг. Тысячелетие Марди Гра. Видишь, джовианцы, милая раса, поверь, решили отметить миллиардный юбилей своей цивилизации вечеринкой, длящейся последнюю тысячу лет, внутри очень незаметной маленькой складки пространства-времени, о которой по случайному совпадению повелители времени абсолютно ничего не знают. И к лучшему. Это всем вечеринкам вечеринка, и нам не нужны нытики. Самое исключительное событие во вселенной, и догадайся, у кого есть приглашение? У тебя, Чарли. У тебя. У тебя будет бал. На самом деле я почти завидую.
Чарли: Я иду на эту потрясающую вечеринку, а ты нет.
Доктор: Боюсь, есть только одно приглашение. Ну, я сказал тебе, оно было исключительным. И кстати, ты не хочешь, чтобы девятьсотпятидесятелетний псих испортил тебе всё веселье? Не стесняйся. Оторвись. В лучшем отеле города забронирован номер. Я заберу тебя через год или около того.
Чарли: Один год!
Доктор: Это не долго, я знаю, но это лучшее, что я смог сделать за такое короткое время. Веселей, тебе понравится. Обещаю.
Чарли: Так, а что ты будешь делать, пока я буду веселиться в дальних краях?
Доктор: Эм, ну, разное. Тебе не о чем беспокоиться.
Чарли: Ты собираешься встретить повелителей времени, так?
Доктор: Нет. Нет, конечно нет. Зачем, ради Семи галактик…
Чарли: О, не ври мне, Доктор. У тебя всё это на лице написано.
Доктор: Правда? Чарли. Не отворачивайся, Чарли. Это к лучшему. Я просто… Я должен пойти и кое-что уладить с Президентом Романой, вот из-за чего всё это. Это не займёт много времени и потом, ну, я вернусь и…
Чарли: Это всё из-за меня, верно? Трещина в Паутине Времени, вызванная тем, что я пережила крушение R101. Это не имеет отношения к наймонам или далекам. Это я и ты знаешь это.
Доктор: Я не знаю этого, Чарли, но я очень боюсь, что повелители времени могут думать именно так.
Чарли: Ты думаешь, что они вернут меня обратно на R101, правда?
Доктор: Я думаю, что они могут думать, что это – самый простой вариант, да. Но я не позволю этому произойти. Мне нужно пойти к повелителям времени. Поговорить с ними. Объяснить. Я никому не никому не позволю навредить тебе, Чарли, что бы для этого не понадобилось, чего бы это ни стоило.
Чарли: С днём рождения, он говорит. С днём рождения, Чарли. Только это не мой день рождения, не так ли? Это не мой день рождения, потому что предполагается, что у меня больше не будет дней рождения. Никакого торта, никаких свечей, никаких подарков, ни теперь, ни потом. Никаких дней рождения с тех пор, как…
Доктор: Чарли…
Чарли: С тех пор, как я умерла. Я права, не так ли, Доктор? Никаких дней рождения, потому что предполагается, что я мертва, сгорела в останках дирижабля. Родилась в день, когда затонул Титаник, умерла на R101. Бедная трагичная маленькая Шарлотта Поллард. Её жизнь оборвалась, даже не начавшись. Вот как обстоят дела, правда, Доктор? И теперь ты хочешь меня упрятать на какую-то вечеринку в конце вселенной, пока ты отправишься к повелителям времени, рискуя Бог знает чем ради меня. Зачем это, Доктор? Почему? Это не твоя проблема. Это я хотела увидеть мир. Это я пробралась без билета на R101. Это был мой выбор, Доктор. Моя собственная глупая вина. Я должна была остаться дома в тот день, но не осталась, и ничего не поделать.
Доктор: Что, если это не так? Что, если это не должно быть так?
Чарли: Но это так и есть. О, ты. Знаешь, кого ты мне напоминаешь? Ты Питер Пэн, маленький мальчик, который никогда не вырастал, который жил в Неверленде и дрался с пиратами и феями. Няня часто читала мне Питера Пэна. Я хотела быть Вэнди, и теперь я ей стала. Вэнди Дарлинг в поисках приключений с мальчиком, который никогда не стареет. Но, видишь ли, в конце Венди выросла. Вот что очень печально. И бедный Питер, бедный маленький Питер остался совсем один.
Доктор: Он не забыл, Чарли. Он никогда не забывал. И он никогда не оставлял Вэнди встречать крокодилов в одиночестве.
Чарли: Ты такой милый. Такой добрый, такой заботливый. Слишком хороший, чтобы быть правдой, как сон. И всё это – просто сон. Эти приключения, которые мы пережили, эти приключения и шутки в Неверленде, с монстрами, лучевыми пистолетами и магией, о, они были чудесными. Лучше, чем мои самые фантастические сны. Но нельзя прятаться в снах. Все в конце концов просыпаются. Время перестать видеть сны, Доктор. Пора вырасти.
Доктор: Чарли, я не знаю, я не сдамся, Чарли. Не теперь. И после всего этого времени, пожалуйста, Чарли, позволь мне помочь тебе. Позволь мне встретить это ради тебя. Чего бы это не стоило, я это исправлю.
Чарли: Доктор, помнишь этот переключатель? Подписанный как Быстрый Возврат? Который я использовала, чтобы вывести нас из проблемы с наймонами? Если я правильно помню описание, он отправляет ТАРДИС обратно к её последнему пространственно-временному местоположению.
Доктор: Чарли, пожалуйста, послушай меня. Быстрый возврат? Не трогай это. Чарли, нет!
(Шум двигателей ТАРДИС.)
Чарли: Мне жаль, Доктор. Это был мой выбор, пробраться на борт того дирижабля. Это была замечательная поездка, но теперь пора уходить. Выбора нет.
Доктор: Нет! Я не могу это остановить! Мы возвращаемся.
Чарли: Назад на путь временных торпед. Я собираюсь встретить повелителей времени! Не могу дождаться, чтобы увидеть другого…
Доктор: Нет!
(Шумы, свист воздуха и т. д., затем тишина.)

(Шипение режущего устройства. Мужчина, за ним женщина, переговариваются с помощью системы двусторонней связи, вероятно, в скафандрах)
Курст: Чисто.
Левит: Проверка. (Куски металла падают на пол)
Курст: Мы внутри. Запечатываем двери.

(Скрип, запирается дверь. Шаги)
Левит: Временная окружающая среда стабилизируется. Относительное время сжатия – минус 3,6.
Курст: Достаточно безопасно.

(Шипение снимающихся шлемов)

Курст: Так-то лучше. Ненавижу эти скафандры.
Левит: Ты же отлично подготовленный оперативник Агентства, Курст. Кажется, ты слишком увлечен собственным комфортом. Боже, что он сделал с этой капсулой внутри?
Курст: Похоже на ормелианский публичный дом.
Левит: Ну, как ты и думал. А теперь – где…
Курст: Тут, Левит. Это он?
Левит: Одет как ретроград. Должно быть, он. Как долго была заморожена эта капсула?
Курст: Всего лишь несколько столетий.
Левит: Закаленный путешественник. Быстро придет в порядок. Он снова с нами, видишь?
Доктор: Я говорю вам, лорд Байрон, вы связались с такими силами, которые не можете понять!
Левит: Он готов к транспортировке. Эта девушка с Земли?
Курст: Да.
Левит: Лучше занеси оборудование вовнутрь. Подвесь ее на временно-пространственный конвертер.
Курст: И Доктора.
Левит: Да. Доктор. У Доктора будет личное свидание с леди Президентом.
Доктор: Мэри. Мэри, ты должна мне поверить! Этот человек – не твой брат. Он…ох, о, это не Швейцария. Какая-то комната. Темно. Эй? Привет?
(Стук по металлу)
Доктор: Металл. Тройной сплав полизия с тинклавическим рельефом. Необычное сочетание. Очень необычное. Я не ошибусь, если скажу, что это специфическая оболочка конкретного галлифрейского корабля. Суперорбитральная временная станция класса 7? Ну, я прав? Покажитесь!
(Открывается дверь)
Доктор: О, не возражаете? Этот свет слишком яркий!
Ванселл: Класса 7С, если быть точным, Доктор. Но во всем остальном ты, конечно, совершенно прав.
Доктор: О, я узнаю этот голос. Иди сюда, не стесняйся. Сделай шаг вперед, координатор Небесного Агентства Вмешательства Ванселлостофоссиус, с твоего позволения. О, прости. Я забыл. Тебе никогда не нравилось «Остофоссиус», да? Ужасающее сопровождение. Префектор Зорак предлагал что-то получше, если я правильно помню.
Ванселл: Если ты действительно думаешь, что меня волнуют какие-то неприятные воспоминания времен нашей учебы в Академии шестьсот лет назад…
Доктор: Затычка для носа. Вот что было. Затычка для носа. Или подставка под тосты?
Ванселл: Это был не я, Доктор, и ты прекрасно это знаешь.
Доктор: Да, пожалуй, ты прав, Ванселл. Прости. Нет нужды быть высокомерным. Так что нужно Агентству?
Ванселл: Шарлотта Элспет Поллард. Человек. Родилась в Хэмпшире, Англия, 14 апреля 1912. Умерла – Беауваис, Франция.
Доктор: Вернее – в Бове.
Ванселл: Бове. Спасибо. Умерла в Бове, Франция, 5 октября 1930, восемнадцати лет, пяти месяцев и двадцати дней отроду.
Доктор: И?
Ванселл: И потом ее заметили на космическом тягаче “Авангард”, 2503. В Венеции, Земля, 2294, В республике Малаболджия, Земля, 2003, В Нью-Йорке, опять же, Земля, 1938. Лондон…ох, смотри, Земля, и так далее, и так далее…И несмотря на это умерла в Бове, во Франции, 5 октября 1930, в аварии дирижабля, известного как R101. Что за интригующая аномалия…
Доктор: От имени Шарлотты Элспет Поллард я ходатайствую о праве, установленном Архетрикской Конвенцией – подвергнуться суду независимой комиссии темпоральных сил. Если хоть один волос упадет с ее головы, Ванселл, я буду охотиться за тобой до конца этого мира.
Романа: Мы с удовольствием поможем вам в этом, Доктор. Но, может, до этого и не дойдет.
Доктор: Романа! Или леди Президент? Неважно. Романа, не будешь ли ты так любезна сказать координатору Затычке, чтобы он прекратил совать свой нос туда, куда его не просят?
Романа: Все так просто, Доктор.
Доктор: О, я понимаю. Плохой полицейский, хороший полицейский, хороший полицейский, плохой. Ты подготовила мое признание? Я должен подписать его сейчас?
Ванселл: Хороший полицейский, плохой полицейский. Это какое-то земное выражение?
Романа: Ага. Доктор, я обещаю тебе, что не санкционирую никакую случайную справедливость или несправедливость против твоего друга, Шарлотты Поллард.
Доктор: Друзья называют ее Чарли.
Романа: Хорошо, Чарли. Она все еще в твоей ТАРДИС и в безопасности.
Ванселл: По крайней мере, так же в безопасности, как и кто угодно сейчас.
Чарли: Ох. Ох, что? Где?
Левит: Дезориентирована? Ничего удивительного. Подожди пока в своём милом земном кресле.
Чарли: Кто вы, и, эй! Отвяжите меня! Где Доктор? Что вы сделали с Доктором?
Курст: Клянусь костями Талии, неужели все люди такие шумные?
Левит: Я встречала лишь немногих.
Чарли: Прошу, вам нужна я. Где бы он ни был, что бы вы с ним ни сделали, он не виноват. Я виновата.
Левит: Не переживай, землянка. Твой друг Доктор в полном порядке. Меня зовут Левит. Это...
Чарли: Я не слабоумная.
Левит: Мы из Небесного Агентства Вмешательств. Мы не хотим тебе навредить. Мы должны подготовить тебя к небольшой... процедуре. Если не будешь сопротивляться, будет совершенно не больно.

Ванселл: Доктор, скажите нам, как вы ушли от временны́х торпед в первый раз.
Доктор: Ну, знаешь ли. Импровизация, гениальность, хорошо подвёрнутая штанина, талант к фехтованию...
Романа: Доктор.
Ванселл: Волна искажения времени, м?
Доктор: Искажение времени? О, так вы притащили меня сюда чтобы поговорить об искажениях времени. Что ж, я тот, кто вам нужен. Меня мотало, кидало, протискивало и прокручивало через временны́е аномалии чаще, чем Мексонианский Дракон наслаждался горячим обедом.
Ванселл: Этот конкретный вид искажения времени. Вы ведь неоднократно встречали его в последнее время, так?
Доктор: Это проскальзывание? Нет. По крайней мере, я так не думаю.
Ванселл: Тогда тебе стоит получше следить за тем, что происходит прямо у тебя... у тебя перед носом. Мы в Агентстве многократно наблюдали такое искажение в последние несколько кварталов. И оно во многом ведёт себя совершенно непохоже на обычные искажения, которые мы засекали до этого. Но возможное объяснение появилось в одной из более эзотерических областей науки.
Романа: Это искажение подходит под теорию, которая уже давно витает в интеллектуальных кругах. Ту, которая никогда не была включена в Кодекс Дисциплин. Анти-время.
Доктор: Паук на Паутине Времени. Эта старая прибаутка. Романа, анти-время появилось даже раньше, чем Общество Плоской Галактики, и пользуется даже меньшим доверием, чем оно.
Ванселл: Официально.
Доктор: Как это там было? Паутина Времени не могла существовать, пока великий Рассилон не создал Око Гармонии, столп, к которому привязана хронология, и который не движется, не увядает и не меняет своего состояния.
Романа: Око Гармонии создало вселенную положительного времени, конечного времени. Галлифрей стал якорем для непрерывного существования Вселенной. Но как у материи есть обратная сторона в виде антиматерии, как у каждого действия есть равное и противоположное противодействие, так и у положительного времени, Паутины Времени, по неумолимому закону Вселенной должна быть своя тень.
Доктор: Анти-время, сила столь же непокорная и разрушительная для причинности, сколь антиматерия для пространства. Нечто без прошлого, настоящего и будущего. Бесконечность бессмысленного хаоса. Сейчас без начала и конца. Элегантно. Великолепно. Безупречно логично. И при этом совершенная чушь. Я катался по пространственно-временной воронке дольше, чем кто-либо из вас. Если бы действительно существовала другая плоскость причины и следствия, не думаете ли вы, что возможно, просто возможно, что за все эти столетия я мог бы её заметить?
Романа: Паутина времени натянута до предела. Посмотри на экраны. Мы наблюдаем искажения в Сенсорийской, Человеческой и Сумаронской эрах. Пятидесятилетняя Война кознаков и юри перевалила уже в свой третий век. В системе миров Тета доминантной формой жизни становятся камни, а не рептилии. Земля была более или менее стабильной до того момента, когда для контроля над значительной территорией был избран неправильный президент.
Ванселл: У Агентства уже не хватает сотрудников, чтобы поддерживать равновесие по Вселенной.
(Дверь открывается и закрывается)
Ванселл: История стала дырявой как решето.
Романа: Однако если мы проследим, откуда идут эти искажения, возникает любопытная закономерность. Мы видим самую большую волну искажения с Земли 1930-х, потом из глубокого космоса в 2503. Снова на Земле в 2294, 2003, 1938, 1906 и так далее. С каждым разом искажение растёт, иногда затухая, но чаще всего заражая историю, где бы оно ни оказывалось.
Доктор: Говоришь, словно это какой-то вирус.
Романа: Именно.
Доктор: И ты думаешь, Чарли – переносчик.
Романа: Не совсем. Но она может быть нулевым пациентом. Если бы вселенная анти-времени существовала, Доктор, если бы она была реальным местом, как по-твоему в неё можно бы было попасть?
Доктор: Не знаю. Какой-нибудь шлюз, разрез, надрыв, пролом, отверстие?
Романа: Продолжай.
Доктор: Чарли?!
Ванселл: Само по себе то, что она выжила – не проблема. Она была никем. Она ничего бы не достигла. Её потомки были бы никем. В ней нет ничего особенного, Доктор. Она не изобрела бы лекарство, не начала бы войну, не открыла бы планету. По-хорошему, её выживание было бы крохотной неполадкой, которую легко создать и легко починить. Но её жизнь стала разломом. Само её существование – брешь. Шарлотта Поллард – разрез в ткани пространства и времени, пролом, имеющий физическую форму.
Романа: И мы полагаем, что эти искажения поступают через неё. Живой канал в измерение, с которым наше никогда не должно было столкнуться.
Ванселл: Ну, Доктор, тебе что, нечего сказать?
Доктор: Чарли, Чарли. Что же я наделал? Я должен был понять, должен был увидеть. Рамси, конечно, мог это чувствовать, будучи вортизавром. Он хотел питаться энергией временного разлома. Поэтому-то он и стал таким неуправляемым.
Ванселл: Доктор, не отвлекайся, пожалуйста. Времени мало. Время, по сути, кончается. Матрица, как тебе известно, – это большая база данных, хранящая объединённые сознания всех повелителей времени, бывших и существующих, живых и мёртвых. Мы направили всю её мощность на запоминание всей истории, какой она должна быть. И...
Голос 3: (Матрица) Я не могу вспомнить! Я не могу вспомнить!
Ванселл: Но, как ты слышишь, Матрица не выдерживает напряжения. А если Агентство не сможет определять истинный ход времени, то что ж. Я думаю, леди Президент, Доктор должен сам посмотреть.
Романа: Если нужно.
Ванселл: Комната, в которой ты стоишь, это не клетка, Доктор. Это, по сути, портал в Матрицу. Восьмая дверь, если угодно, перед которой ты стоишь. Там проекция будущего, основанная на вероятности продолжающегося и возрастающего вторжения анти-временны́х аномалий в нашу вселенную. Как всегда, ты будешь находиться в проекции. Но ведь ничем нельзя заменить присутствие там, да, Доктор? Скажи нам, что ты видишь.
Доктор: Нет, подождите, я не готов!

(звуки горящего огня, плач ребёнка)
Доктор: Ох! Ну спасибо, Ванселл. Так, где же это? Горящий город. И над ним большая чёрная Цитадель, нависающая над местностью. Погодите. Эти звёзды похожи на Северный Кастерборус. А там гора Кадон с вершиной, закрытой дымом. Это... Это Галлифрей?
Старик: Это слово здесь не использовали много, много лет.
Доктор: О, я вас не заметил. Откуда вы взялись? Знаете, дедушка, ваши черты мне жутко знакомы, словно... словно я всегда знал, что встречу вас, вот только....
Старик: Галлифрей, о Галлифрей. Леса иссушены, мертвы. Серебряная листва Кадонского леса увяла и исчезла. Небо, игравшее когда-то лиловыми, зелёными и жёлтыми огнями, теперь горит, тяжёлое от запаха мертвечины. Те, кто не был забит и запуган, стали жестоки, их сердца стали тверды как лёд. Это Империя Загреуса.
Доктор: Загреус, вы сказали? Загреус?
Старик: Других вариантов нет.
Доктор: Загреус сидит у тебя в голове. Загреус живёт среди мёртвых. И что-то ещё. Или кто-то. Думай. Думай, Доктор. Мозг, словно... словно винтовая лестница. Я был с Чарли, это правильно. И?
(Громкий вшух. Много голосов шумит на фоне.)
Доктор: Не могу перестать думать, что знаю вас откуда-то. Или буду знать. Эй, куда он делся? Где я теперь? В Паноптиконе? Мне не нравится дизайн, точно не этот противный стиль голов на пиках.
Женщина: Да уйди ты с дороги, чокнутый. Говоришь сам с собой как какой-то...
Доктор: Прошу прощения, я...
Женщина: Ты вид загораживаешь.
Доктор: Какой вид? Что?
Женщина: Кретин.
(одобрительные возгласы)
Женщина: Она тут! Она идёт!
Глашатай: Тишина! Тишина перед лицом Императрицы!
Доктор: Так кто она, эта Императрица?
Женщина: Тсс! Хочешь, чтобы нас обоих казнили?
Доктор: Знаете, она кажется знакомой..
Женщина: Тсс!
Романа: Мой народ, Я – ваша Императрица. Сегодня вы узрите суд над нашими врагами.
Доктор: Романа. Нет. Нет, быть не может.
Романа: Мы боремся за достижение бесконечной славы нашего народа, за расширение нашей цивилизации, за единственно верное общество. И всё же есть те, кто противостоят нашим убеждениям. Те, кто идут другими путями, иными линиями времени. Такие убеждения нельзя терпеть.
(ликование)
Романа: Сейчас я свяжусь с представителем одной из таких групп. Смотрите на экран. Представься Нам.
Император далеков: Я Император далеков. Повелительница времени, я требую, чтобы ты санкционировала наше освобождение.
Романа: Ты смеешь требовать от Нас что-то. Император далеков, Мы с гордостью провозглашаем, что ты и весь твой флот далеков, – наши пленники.
Император далеков: Нет. Флот далеков пойман во временной карман здесь, в темноте временной воронки. Но мы нужны вам. Ваш континуум не выживет без нас. Отпустите нас немедленно!
Романа: Вы - враги нашего народа. Ваша просьба отклонена. Это существо и оставшиеся батальоны его гнусной расы, которые мы держим за пределами пространства и времени. У Нас есть возможность уничтожить этих далеков в мгновение ока, сломать их внутри их тюрьмы. И Мы приняли решение последовать этому пути.
(ликование)
Доктор: Нет, нет! Мы не так решаем проблемы!
Император далеков: Повелительница времени, вы не можете уничтожить расу далеков.
Романа: О, ещё как могу.
Император далеков: Прошу, имейте жалость!
Романа: Жалость? Я так не думаю.
(взрыв)
Романа: Так что, смеет ли кто-то ещё не соглашаться со мной?
(дикое ликование)
Доктор: Это ужасно! Ужасно! Романа! Романа, Паутина времени! Как же Паутина времени?
Женщина: Да что с тобой не так?
Мужчина: Он сомневается в нашей Императрице! Предатель!
Доктор: Всё должно быть не так.
Женщина: Преподайте урок этому предателю!
Мужчина: Убейте его! Вырвите его сердца!
Доктор: Что? Прошу, отстаньте от меня. Мужчина. Предатель. Убить его.

Доктор: Прошу, не надо, я не... Ааааа!
Ванселл: Я так понял, Доктор, проекция тебе не по душе?
Романа: Хватит, Ванселл. Камера матрицы, поднимай Доктора назад.
Доктор: Воу! Структура перенастраивается?
Романа: Непрерывно.
Доктор: Очень хорошо. Очень хорошо.
Романа: Я знаю, что ты видел.
Доктор: Правда?
Романа: Проекция всегда одна и та же. Паутина времени изорвана в клочья, Время сворачивается, падение Галлифрея, гниение древнейшей цивилизации. Хаос и анархия бушуют над нами всеми. Новый порядок, искажённый порядок.
Доктор: Да, я видел это. Я видел, что может случиться с Галлифреем, с его правителем. Но если эта проекция должна заставить меня отречься, увидеть ошибочность моих прошлых действий, одобрить уничтожение одной жизни во имя порядка, этому не бывать. Выбор за тобой. Отправься в прошлое, сотри мои поступки, последние несколько месяцев моей жизни, можешь даже выкинуть меня из истории целиком. Может, я совершил ошибку, взяв с собой Чарли, но я держусь за свои ошибки. И держу свои обещания. Если ты уничтожишь Чарли, правильно это или нет, я не дам тебе сделать это с чистой совестью. Должен быть другой путь. И пока мои сердца бьются, я клянусь тебе, я его найду.
Романа: Я знаю, Доктор. И даже если бы я разрешила вмешательство, предотвращающее первичное открытие разлома, было бы слишком поздно. Это искажение, это нарушение, оно стало слишком большим, чтобы сдерживать его. Но что, если бы был другой путь...
Доктор: Я бы последовал ему.
Романа: Это может быть опасно, а шансы на успех очень малы.
Доктор: О, ты знаешь меня, Романа. Я люблю неравные ставки.
Ванселл: И ты сделаешь что угодно, чтобы всё исправить, лишь бы ничто не причинило вреда мисс Поллард?
Доктор: Думаю, да.
Романа: Прекрасно. Доктор, наш единственный возможный путь - это следовать за временным искажением к его источнику.
Ванселл: И уничтожить его. Разрушить бич анти-времени у его основания, прежде чем он разрушит нас. Раз и навсегда.
Доктор: Вы хотите перейти в измерение, которое, возможно, даже не существует, и уничтожить его?
Ванселл: О, у нас есть основания полагать, что это здравая мысль. Есть записи, Доктор. Древние записи. Но это сейчас не важно. Ты к нам присоединишься? Ты поможешь нам?
Романа: Ты поможешь мне?
Доктор: Да. Да, ты же знаешь, помогу. Но как? Как, во имя Рассилона, вы собираетесь перенестись во вселенную анти... А.
Ванселл: Очевидно, не так ли, Доктор? Мы пойдём той же дорогой, что и временное искажение. Через пространственно-временной разлом. Через Шарлотту Элспет Поллард.

Курст: Пространственно-временной преобразователь установлен и функционирует. Хотя кто знает, совместим ли он вообще с этим антиквариатом?
Левит: Тогда проверь все еще раз, Курст. У нас есть только один шанс, чтобы всё сделать как надо, и я не хочу оказаться размазанной по бесконечности из-за отошедшего контакта. Так, теперь девушка.
Чарли: Я Шарлотта, спасибо.
Левит: Шарлотта. Извини. Напряжение. Работа давит. Сейчас будет сложно. Это устройство называется субпротонный ускоритель. Специальный аппарат, стимулирующий материю на атомном уровне.
Чарли: Я не имею ни малейшего представления, о чём вы сейчас толкуете.
Левит: Неважно. Мы расположим вот это вокруг тебя и скоро, эм, кое-что произойдет. Ты почувствуешь, что меняешься.
Чарли: Меняюсь? Меняюсь как?
Левит: Ты особенная, видишь ли. Очень особенная. Ты — не то, чем кажешься на первый взгляд. Шарлотта, я не знаю, как сказать тебе, что ты такое. Если я скажу тебе, что ты — уникальный космический феномен , четырёхмерный портал во вселенную, противоположную нашей, ты не поймёшь меня, не говоря уже о том, чтобы поверить. Ох, перестань!
Чарли: Ты думаешь что ты... ай! Ох. Если увидите Доктора потом, Левит, передайте, что он мне дорог. Если вы понимаете, что это значит, конечно.
Левит: Включай.
Чарли: Оу!

Доктор: Это безумие, Романа. Если ты не права...
Романа: Тогда с Чарли в процессе ничего не произойдёт. Это всего лишь ускорение материи, не отличающееся от обычной телепортации.
Ванселл: И сколько раз во время своих знаменитых «подвигов» ты распадался на атомы, переносился и собирался во имя собственной безбашенности, а Доктор?
Доктор: Много раз, я полагаю, но...
Романа: Но суть в том, Доктор, ты думаешь, что мы правы насчет неё. Ты знаешь, что с ней случится в результате. Но это не продлится долго. Она рестабилизируется, как только мы пройдём, снова станет собой. И как только мы поймём, как остановить поток анти-времени, у нас не будет никаких оснований удерживать вас. Я уверена, что в данных обстоятельствах, учитывая твое сотрудничество, координатор Ванселл закроет глаза на ошибки в учётных данных НАВ?
Ванселл: На Агенство можно... повлиять, да.
Доктор: Романа, поначалу я не был уверен, но твой стиль правления — это нечто.
Романа: Пожалуй, я приму это как комплимент. Мы на месте.

Доктор: Хмм. Не так много народу, да? Лишь костяк команды. Младший кардинал и отряд стражи. Держите миссию в секрете, мм? Не хотите распространять тревогу.
Романа: О, Доктор. Затихни и займи место. Ванселл, ваши люди готовы?
Ванселл: Сейчас получим подтверждение. Левит? Всё готово на борту ТАРДИС Доктора?
Левит [Коммуникатор]: Работает гладко, координатор Ванселл.
Доктор: Я хочу поговорить с Чарли.
Ванселл: Слишком поздно, Доктор. Она уже в ускоряющем поле. Верно, Левит?
Левит [Коммуникатор]: Полностью стабилизирована. Готовность по вашей команде.
Романа: Когда разлом откроется, подчинённые Ванселла передадут ее точные пространственно-временные координаты сюда, в комнату управления. Временная станция дематериализуется по этим координатам и мы увидим, куда мы попали, когда там окажемся.
Доктор: Если мы там окажемся.
Романа: Доктор, с ней всё будет в порядке.
Доктор: Надеюсь.
Романа: Внимание, команда временной станции. Приготовиться к полной дематериализации. Ванселл, отдайте приказ.
Ванселл: Вызываю ТАРДИС Доктора. Начать субпротонное ускорение. Открыть портал.
Левит: Подтверждено. Готов, Курст?
Курст: Готов.
Левит: Итак. Начать полное ускорение протонов.

Доктор: Вы делаете ей больно. Остановите это! Остановите это!
Ванселл: Левит, что у вас происходит?
Левит [Коммуникатор]: Это просто невероятно. Сквозь неё видно Вселенную.
Ванселл: И Врата Загреуса отворились перед ним, и вся антивселенная открылась ему, и её ужасная красота болью отозвалась в его сердцах.
Романа: Вот, Доктор. Младший кардинал? Начинайте дематериализацию.
Младший кардинал: Да, леди Президент.

Романа: Итак, путешествие начинается.
Курст: Удивительно! Просто удивительно!
Левит: Курст, консоль!
Курст: Что-то не так. Эта куча хлама не выдержит.
Левит: Разлом, она превращается обратно! Она...

Ванселл: Твоя ТАРДИС, Доктор! Её затянуло внутрь.
Доктор: Прервите миссию! Чарли не выдержит этого! И временной корабль тоже! Во имя всего святого, Романа, прерывай!
Романа: Слишком поздно, Доктор. Альтернативы нет. Последовательность запущена и не может быть остановлена. Мыы прооохооодииииим сквоооозззь.

Чарли: Помогите? Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне?
Левит: Достаточно, Шарлотта. Поездка могла бы быть и помягче. Курст. Курст?
Курст: Левит? Мы еще живы?
Левит: Поднимайся. Тебе, мне и Шарлотте предстоит еще много работы.
Курст: Девушка?
Левит: Она возвращалась в свое обычное состояние, когда ТАРДИС затягивало сквозь портал.
Курст: Она что?
Левит: Когда корабль начал пробиваться, вероятно, отключилось питание протонного ускорителя, и Шарлотта начала стабилизироваться в середине полета. Мы чудом не превратились в размазанное по временной воронке месиво из корабля, нас самих и земной девушки.
Чарли: Вы перестанете болтать и поможете мне, наконец?
Левит: Отвяжи её, Курст. Мне нужно проверить консоль.

Чарли: Спасибо.
Левит: Курст, посмотри на это!
Курст: Датчик направления. Он просто крутит значения по кругу раз за разом.
Левит: Невозможно установить. Невозможно зафиксировать пространственно-временное местоположение. Ты знаешь, что это означает, Курст. Мы сделали это.
Курст: Ты имеешь в виду?..
Левит: Нигде, никогда. По крайней мере, не в том месте, которое мы могли бы описать при помощи нашей математики. Нет координат. Нигде. За этими дверями лежит вселенная анти-времени. Датчики показывают тяготение 1,13g. Давление 0,95 атмосфер. Воздух плотный, но пригоден для дыхания. Полагаю, нам стоит разведать.
Левит: За мной. Шарлотта, ты тоже. Посмотрим, как выглядит ничто.

Курст: Рассилон, защити нас.
Чарли: Что это ты делаешь?
Левит: Устанавливаю трансвременной маяк, чтобы направить временную станцию к нам. Если они прошли через разлом, конечно.
Чарли: А если нет?
Левит: Тогда привыкай к виду, потому что я думаю, что эта ТАРДИС ещё очень долго никуда не полетит.

Доктор: Что-то ты слегка позеленел, Ванселл. Ноги плохо держат? Тебе надо чаще делать зарядку.
Ванселл: Ох, Доктор, заткнись уже.

Романа: Мы прошли.
Ванселл: Экран сканера пуст. Младший кардинал, пожалуйста, загрузите полный отчет в виде пятимерных данных о полете в центральное хранилище данных.
Младший кардинал: Загружаю, координатор.
Доктор: О, я вижу, что температура в солярии временной станции упала на полградуса во время перехода. Какой полезный факт.
Ванселл: Вся информация, собранная нашими датчиками, имеет крайне важное значение в такой нестандартной ситуации!
Доктор: Оглянись вокруг. Твои руки и ноги всё ещё на месте? Мои, безусловно, да. Я полагаю.
Романа: Тебе есть что сказать, Доктор? Или ты снова дразнишь моего координатора?
Доктор: Романа, это же очевидно. Мы прибыли в другую вселенную, в измерение, разительно отличающееся от нашего. Ваши камеры, сенсоры, датчики записывают данные, будучи откалиброваны под неизменную константу - время. Но они не могут измерить что-то в полном беспорядке этой антивселенной. Она чужда нашей науке. Видишь? Теперь ты заполнил хранилище данных бессмыслицей. Оно переполнено. Хорошая работа.
Романа: Хорошо, и что ты предлагаешь? Как мы соберем данные о феномене анти-времени без наших сенсоров?
Доктор: Мы используем наши глаза, наши уши, наш язык, наши носы, пальцы рук и ног. Затем мы объединим наши наблюдения. Младший кардинал, поднимите заслонки на наблюдательных постах.
Романа: Сделайте это.
Младший кардинал: Леди Президент.

Ванселл: Вот, Доктор. Космос. Удовлетворен?
Доктор: Я бы не сказал. Комета, пожирающая свой хвост. Две туманности, сплетённые в ускоряющемся танце. Звезда, пожирающая звезду, которая пожирает другую звезду. Постоянное движение. Вы видите жизнь и смерть и жизнь целой Вселенной, происходящие в бесконечно меняющемся мгновении.
Романа: Это всегда было только теорией, Доктор. Наши академики описывали это в несколько менее цветистых терминах.
Доктор: Здесь. Видите? Здесь.
Ванселл: Это просто планетоид, Доктор. Обычная чёрная глыба, висящая в небесах.
Доктор: Да, да, да. Но что еще? Ну же.
Романа: О, конечно!
Ванселл: Конечно что?
Романа: Этот планетоид неподвижен, Ванселл! Вы не видите? Единственная фиксированная точка в этом водовороте.
Доктор: Что позволяет предположить...
Романа: Что он не отсюда.
Доктор: Чужеродное тело, прямо как мы. Ну, возможно. И к тому же, среди всего прочего, оно до сих пор не поглощено. Я один не вижу никакого другого безопасного места для экскурсии?
Романа: Признаю.
Ванселл: И я.
Доктор: И давайте не будем забывать, что моя ТАРДИС тоже попала сюда. Моя ТАРДИС с Чарли внутри.
Романа: Наш единственный путь назад из этой вселенной. Я тоже это понимаю. И если этот планетоид — единственная фиксированная точка во всем анти-времени...
Доктор: То мы должны быть безумцами, чтобы не направиться туда. Более того, я возьму на себя смелость сказать, что поле смещения ТАРДИС включилось при переходе, и она материализовалась на ближайшей твердой поверхности - на планетоиде.
Ванселл: Хорошо, Доктор. Похоже, твои дедуктивные способности выдают верный, но, увы, уже ненужный результат. Это трансвременной маяк. Курст и Левит, я полагаю. Наши сенсоры не совсем бесполезны. И да, сигнал исходит именно с этого планетоида, как и сигнатура ТАРДИС. Слишком нечеткая, чтобы определить, но...
Доктор: Посмею сказать, что старушку слегка потрепало. Ей немало досталось, знаешь ли.
Романа: Тогда решено. Все на свои посты. Младший кардинал, установите курс на планетоид.

Левит: Скорее, Ванселл. Сколько нам ещё тебя ждать?
Чарли: Ванселл? Ваш босс?
Левит: Наш начальник.
Курст [Коммуникатор]: Левит! Левит, сюда!

Левит: О, звезды. Лес!
Чарли: Нет, что за глупости. Это не деревья, это... шипы. Металлические шипы или что-то подобное. Тысячи их. Я пойду взгляну поближе. Кто последний — тот зануда!
Левит: Эй, стой! Ладно, идём, Курст. Мы отвечаем за неё. Подожди. Подожди! Что-то не так.
Курст: Что?
Левит: Маяк. Он повреждён. Импульсы рассинхронизированы. Ох уж эта работа.

Романа: Расстояние, младший кардинал?
Младший кардинал: Посадка через восемь микроспан, леди Президент.
Доктор: Шшш. Слушайте. Что-то мешает работе маяка. Я знаю, что.
Романа: Временное искажение.

Чарли: Левит, я первая! Я здесь! Туман опускается. Не вижу, где я. Ох, если бы только Доктор был здесь. Он бы обязательно нашёл у себя в кармане галилеев компас или что-то подобное.
(Смеётся, раздаётся эхо.)
Чарли: Что это было? Здесь кто-нибудь есть? Я сказала — здесь есть кто-нибудь? Ох, жутковато. Не чувствовала себя так, с тех пор как мне было...
Сентрис: Шесть.
Чарли: Ах! Ничего. Здесь никого нет. Ох, ты уже взрослая, что нужно сделать? Оставаться спокойной, вернуться по следам, найти остальных. Не сидеть здесь, дрожа от малейшего звука только потому, что это слегка напоминает тебе время, когда тебе было...
Сентрис: Шесть. Тебе было шесть. За тобой, Чарли. Не пугайся. Повернись. Я не наврежу тебе. На счет три. Раз, два...
Чарли: Это безумие. Как будто я говорю сама с собой.
Сентрис: Три. Вот. Это было не так уж трудно, верно?
Чарли: Ты — я. Или призрак меня. Что...
Сентрис: Я — не ты, Чарли. Но я знаю всё о тебе. Я знаю о том, что было, когда тебе было шесть, о том случае на пляжах Бернхэма. Такой долгий, ленивый поздний вечер в лесу, ты бегала и смеялась с няней и сёстрами. Потом ты убежала вперёд и спряталась в зарослях папоротника, и ты ждала и ждала, но они не приходили. Становилось всё темнее и темнее, ты звала на помощь, но никто не шёл. И тени стали длиннее, ты звала и кричала, кричала и плакала. Затем ты побежала, но только углублялась всё дальше в лес, становясь все более одинокой, и тени становились всё длиннее, длиннее и длиннее, касаясь твоих пяток, и ты упала на безлюдной поляне. Ты думала, что потерялась, что тебя никогда не найдут, что тени коснутся тебя и заберут с собой. О, Чарли, я следовала за тобой так долго... Куда бы ты ни направлялась, я следовала за тобой. От Франции до викомбского поместья Себастьяна Грэйла.
Чарли: Кто ты?
Сентрис: Я? Я — все, кого никогда не было.
Мужчина: Все, кого никогда не будет.
Сентрис: Все, кто никогда не жил.
Чарли: Вас больше!
Мужчина 2: Все, кто никогда не умирал.
Сентрис: И сейчас, Чарли, ты — моя.
Чарли: Держитесь подальше. Все вы. Пожалуйста. Пожалуйста! Пожалуйста!

Курст: Ты это слышала?
Левит: Девушка. Бежим!
(Бегут.)

Чарли: Пожалуйста! Я не знаю, чего вы хотите. Не знаю, что делать.
Сентрис: О, Чарли. Тебе не надо ничего делать. Просто сохраняй спокойствие и присоединяйся к нам.
Чарли: Пожалуйста!
Курст: Там! Она там! Окружена призраками?
Левит: Кем бы они не были, посмотрим, как им понравится вот это.
(Стреляют. )
Сентрис: Повелители времени.
Левит: Земная девушка, Чарли, пока они отвлеклись. Беги!
Чарли: Ты её слышала, Чарли. Вставай и беги!
Сентрис: Взять их!
Левит: Задержи их, Курст. Я заберу её.
Курст: Левит! Левит, подожди. Назад, призраки!
Чарли: (задыхаясь) О, я не могу, не могу больше бежать.
Левит: Назад! Беги, девушка. Быстрее! Туда, к ТАРДИС.
Курст: Левит, они трансформируются. Когда мы в них попадаем, они просто трансформируются.
Сентрис: Правда думаете, что можете навредить нам, повелители времени? Здесь, в нашем собственном доме.
Мужской голос 2: Вы создали нас, повелители времени.
Сентрис: Здесь мы можем уничтожить вас.
Курст: Что вы со мной собираетесь сделать?
Сентрис: Мы знаем тебя, Курстэллионфастиксон. Кузен из одного из домов Патрекс. Младший уничтожитель в НАВ, продвинутый из Канцлерской Стражи. У тебя есть домашний полосатый свиномедведь по кличке Стазерылик, и ты кормишь его промейскими батончиками.
Курст: Откуда вы...
Сентрис: Хорошую ли жизнь ты прожил, Курстэллионфастиксон? Долго ли мы сможем питаться ей?
Курст: Не прикасайтесь ко мне! Пожалуйста, не прикасайтесь! Неееет!

Чарли: Они нас догоняют!
Левит: Уже недалеко, Чарли. Почти у маяка. Ещё минута и мы будем в ТАРДИС.
Чарли: Левит, смотри! Земля трескается!
Левит: Ах!
Чарли: Всё хорошо, я держу. Скажи своей маме, что я спасла твою жизнь.
Левит: О. О нет. Нет, нет, нет.
Чарли: Что? Что не так?
Левит: Маяк. ТАРДИС. Они пропали! Земля разверзлась и поглотила их.

Ванселл: Мы потеряли маяк.
Доктор: Что? Ванселл, дай я посмотрю. Ничего. Ничего?
Ванселл: Кроме сигнатуры ТАРДИС. Так, теперь проясняется...
Доктор: Нет, нет, это неправильно. Я знаю свою ТАРДИС лучше, чем кто бы то ни было.
Романа: Доктор, Ванселл, позвольте. Мы входим в атмосферу. Младший кардинал, выходим на высокую орбиту.
Доктор: Отставить, младший кардинал. Романа, поверхность скрыта слоем тумана. Мы не можем довериться приборам. Надо спуститься ниже. Если маяк не работает, Чарли, должно быть, в беде. А если Чарли в беде, то и мы.
Ванселл: Бесполезный риск, мадам Президент, основанный, как обычно, на интуиции и вопиющем пренебрежении возможным риском...
Доктор: О, Ванселл! Нет смысла жить, если не рисковать. Младший кардинал, позвольте...
Романа: Доктор, нет!
(Звук рычагов.)
Доктор: Простите, пальцы соскользнули.
Ванселл: Вверх! Вверх!
Доктор: Уже поздно.

Левит: Мы в ловушке.
Мужской голос: Вы нигде, повелительница времени.
Сентрис: Здесь некуда бежать.
Левит: Опять ты. Откуда ты выскочил?
Мужской голос: Мы перемещаемся, как хотим.
Сентрис: Здесь мы свободны.
Чарли: Мы всегда можем попробовать прыгнуть в трещину в земле.
Левит: Она бездонна, Чарли. Если ты не собираешься расправить крылья...
Мужской голос: Идите к нам.
Сентрис: Присоединитесь к нам.
Чарли: О, Доктор, где же ты?
(Звук двигателя ТАРДИС.)
Мужской голос: Что это?
Левит: Я не верю. Временная станция. Они летят сюда!
Чарли: И, судя по всему, летят прямо на нас.
Левит: Призраки, они разлетаются.
Чарли: Она сейчас упадёт! Хватит просто стоять и пялиться. БЕЖИМ!

Романа: Выравниваем курс временной станции. Доктор, если не будешь себя прилично вести, я тебя отстраню.
Доктор: Отстранишь? Меня? Романа, я вообще-то обиделся. Мы с тобой через столько прошли, от Э-пространства до... А, вот! Они бегут рядом с расселиной. Это Чарли? Погодите, а внизу что, лес?
Ванселл: Определяю массу объекта на нашем пути. Плотность как у металлического сплава.
Доктор: Металлический лес? Не бывает такого. Я тебе говорил не доверять приборам, Ванселл.
Романа: Поднимаемся сейчас же!
Доктор: Не беспокойся, в крайнем случае заденем верхушки деревьев.
Ванселл: Столкновение неизбежно!
Романа: Доктор, я очень тебе советую, ложись!
(БАБАХ!)
Доктор: Ох, металлические деревья. Я был неправ.

(Аварийная посадка.)
Компьютер: Авария. Временная станция повреждена. Целостность корпуса нарушена. Тревога. Чрезвычайная ситуация.
Романа: Да, да, думаю мы поняли. Источник питания, доложить. Темпоральные реакторы, доложить.
Доктор: Знаю, сейчас самое время извиниться. Простите меня, пожалуйста, все.
Романа: О, перестань, Доктор. Где ты, там и катастрофа, как обычно. Но можешь сейчас сконцентрироваться, чтобы не превратить эту неудачу в поражение? Спасибо. Где Ванселл?
(Ванселл стонет.)
Доктор: Вот он. Ванселл? Затычка Ванселл, это Доктор. Ладно. Ты немного ударился. Ничего серьёзного. (шёпотом) Возможно.
Ванселл: Загреус ждёт в конце вселенной, ведь Загреус и есть конец вселенной, его время - это конец времени, в его время само время распадается.
Доктор: Знаешь, уже третье упоминание старого стишка про Загреуса за сегодня. Неплохие у него возможности для глупого негодяя из детского стишка.
Романа: Потом, Доктор. Позволь...
(Удар!)
Ванселл: Что? Где? Что произошло? Доктор, что ты наделал? Безответственный, беспечный, ненадёжный дурак! Тебя надо было удалить из истории и...
Романа: Тихо, Ванселл.
(Тихий звон.)
Романа: Здесь что-то есть с нами. Что-то...
Сентрис: Нежелательное, мадам Президент? Добро пожаловать в Страну Потерянных.
Ванселл: А это откуда появилось?
Доктор: Чарли? Нет, ты не Чарли. Какая-то спектральная сущность приняла форму Чарли.
Сентрис: Призрак? Доктор, ты не веришь в призраков.
Доктор: Значит, ты живая?
Сентрис: Не в твоём понимании этого.
Ванселл: Что это такое?
Доктор: Разве не очевидно, Ванселл? Ты анти-существо из анти-времени.
Сентрис: Несуществующая, пожалуйста.
Доктор: Ты знаешь нас? Всех нас?
Сентрис: Да, близко. Я была в вашей реальности пару раз. Но недолго, чтобы не привести к катастрофе.
Доктор: И есть другие такие как ты?
Сентрис: О да, Доктор. Сотни. Тысячи. Некоторых ты можешь узнать с 1806-го. Я прошу прощения, но нам надо было чем-то питаться.
Доктор: Я не вижу остальных.
Несуществующая: Доктор.
Доктор: Люси?
Несуществующая: Доктор...
Доктор: Люси и Ричард Мартин (прим. из Seasons of fear). Конечно. Энергия, должно быть, привлекала вас, как маяк. О, Люси, мне так жаль.
Романа: Держитесь от них подальше, все вы.
Доктор: Скажите мне, Несуществующие, откуда вы? Отсюда?
Сентрис: Отличный вопрос, Доктор.
Доктор: Значит, не отсюда. Чего вы хотите от нас?
Сентрис: Доктор, мы просто хотим немного вашего времени. Братья, сёстры, корабль наш. Временной ротор разрушен. Давайте пировать.
Ванселл: (тихо) Что они делают?
Доктор: (тихо) Вытягивают временную энергию из ротора, из корабля. Захватывающе. Они становятся менее прозрачными, более плотными.
Романа: Эта временная станция принадлежит Высшему Совету Галлифрея. Я требую, чтобы вы покинули мой корабль.
Доктор: Осторожно, Романа. Не надо их провоцировать.
Ванселл: Достаточно. Стражи, берите стазеры и стреляйте!
(Стрельба.)
Сентрис: О, Ванселл, не будь таким глупым. То, что ты вы ищете, далеко отсюда.
Ванселл: Что, анти-существо?
Сентрис: Правда, в поисках которой вы прибыли сюда. Правда о Загреусе.
Ванселл: Ты знаешь о Загреусе?
Доктор: Кажется, сегодня все о нём знают. Это интересно.
Романа: Тихо, Доктор.
Сентрис: Есть пещера в горах недалеко отсюда. Там вы найдёте все ответы, которые ищете. И предмет вашего поиска. Позвольте нам питаться энергией вашего корабля и идите искать то, за чем вы пришли.
Ванселл: Стражи, опустите оружие и следуйте за мной.
Романа: Прекратите! Вы превышаете свои полномочия, Ванселл.
Ванселл: Есть власть выше, чем ваша, мадам Президент. Страж!
Доктор: (тихо) Романа, я понятия не имею, что здесь происходит, но ты никак не можешь оставить временную станцию этим существам. Это наш единственный путь назад.
Романа: (тихо) Во-первых, если бы ты потрудился следить за развитием наших технологий, ты бы знал, что этот корабль может постепенно самовосстанавливаться. А во-вторых, у нас ещё есть твоя ТАРДИС, Доктор.
Доктор: (тихо) Где бы она ни была.
Романа: (тихо) И надо найти твою подругу. Я приняла решение. (нормальным голосом) Стражи, сопроводите нас. Координатор Ванселл и я отправляемся на важную миссию.
Ванселл: Отправляемся.
Романа: Ну, Доктор?
Доктор: Романа, это безумие.
Сентрис: Иди, Доктор. Идите, все вы.
Доктор: Так, каким бы ни был этот великий секрет, я надеюсь, он того стоит.
Романа: Доктор, стоит. Стража, за мной.
(Шаги. Дверь открывается.)
Несуществующий: А мы не можем поглотить самих повелителей времени? Они прямо сочатся темпоральной энергией.
Сентрис: Пока нет, брат. Они не уйдут от нас. Не здесь, не сейчас. Сначала, будем питаться от их машины, и когда мы наполнимся их временем до краёв, тогда мы можем поглотить их всех.

Левит: (запыхавшись) Замедляемся, Чарли.
Чарли: Она всё ещё цела... Возможно, им нужна помощь. Доктор!

Доктор: Так, Романа, за чем именно мы сюда пришли?
Романа: За источником анти-времени, Доктор. И мы нашли его.
Доктор: Это я знаю. Пожалуйста, пожалуйста, за чем ещё?
Чарли: Доктор! Ооо-ооо! Сюда! Доктор!
Доктор: Чарли! Романа, это Чарли! Чарли, я иду. (Убегает.)
Ванселл: Такая преданность спутнице. Как трогательно. Знаете, если тот Несуществующий был прав, если в Книгах Загреуса действительно написана правда и то, что мы ищем, действительно где-то в этой анти-вселенной, Доктор это никогда не одобрит.
Романа: Доктор полон сюрпризов, Ванселл. Но его другая неизменная черта, в каком бы воплощении он ни был, какую бы чушь ни нёс, как бы хаотично ни действовал, это его безошибочное умение определять, как правильно поступить. Я доверяю ему абсолютно, всегда доверяла.
Ванселл: А если он обратится против тебя? Против повелителей времени? Против того, что мы можем здесь найти, хотя мы даже не осмеливаемся в это поверить? Тогда кому вы будете доверять, мадам Президент?

Чарли: Доктор! О, Доктор, я так боялась, что больше никогда тебя не увижу.
Доктор: От меня так просто не избавишься. Я тебе говорил, Чарли, чего бы это ни стоило, я никогда тебя не подведу. Обещаю. Теперь идём. Надо тебя познакомить с Романой.
(Шаги.)
Доктор: Романа? Это Чарли, она моя лучшая подруга. Чарли, это Романа, лучшая моя подруга.
Чарли: Привет.
Романа: Привет.
Доктор: Вот видите? Вы отлично поладите. Так, а это кто?
Чарли: О, это Левит. Она помогла мне, я полагаю.
Левит: (официальным тоном) Коммандер Левит, НАВ.
Доктор: Полно.
Левит: Координатор, мадам Президент. Вам надо знать, что здесь эти существа. Мы потеряли Курста, когда встретили их. Сейчас они пропали, но они опасны, и…
Романа: Да. Несуществующие сейчас контролируют временную станцию, коммандер.
Доктор: Не самые лучшие новости, да? Чарли, не хочешь прогуляться? Что это за шипы, интересно…
Ванселл: Что насчёт этой местности, Левит? Что вы видели?
Левит: Это странно, координатор. Раскрывшаяся трещина и этот лес. И кратеры, мимо которых мы прошли по дороге сюда.
Ванселл: Кратеры?
Левит: Входы или вроде того, на гребнях и подножиях гор.
Ванселл: Правда?

Чарли: Так, и что ты думаешь об этом лесе, Доктор?
Доктор: Интересно. Эти шипы. Есть у них неестественная особенность. Как будто их создали искусственно, потом придали неправильную форму, исказили до неузнаваемости. Даже пыль на земле. Это же металлическая руда, видишь?
Чарли: Как железные опилки?
Доктор: Да, точно. Точно.
Чарли: Ох, не нравится это мне. Ау!
Доктор: Что случилось, Чарли? Ау!
Чарли: Капли дождя.
Доктор: Кислотного дождя. Чарли и
Доктор: Бежим!

Романа: Доктор! Чарли! Нам надо укрыться! Сюда!
(Доктор и Чарли забегают, ойкая, куда-то в укрытие.)
Романа: Поспеши, Доктор.
Доктор: Знаю, знаю. Ох, эти штуки кусачие. Где я теперь в анти-вселенной найду портного, чтобы он починил мой пиджак? Не знаю.
Романа: О, Доктор.
Чарли: Твоя мадам Ледышка всегда такая холодная?
Доктор: Что, Романа? Нет, совсем нет. Но что-то здесь есть. Что-то, о чём она мне не говорит. Что-то важное. Ванселл тоже знает, и это определённо меня беспокоит. Туннели.
Чарли: Кратеры, сказала Левит.
Доктор: Нет, слишком правильной формы. На самом деле, коридоры, ведущие налево, направо и вперёд. Сеть, разветвляющаяся во всех направлениях. Здесь и свет есть. Тусклый, тусклый свет. Фосфоресценция? Нет, нет, нет.
Чарли: Это не узор на стенах? Видишь, как большие эллипсы. Что-то он мне напоминает, не знаю что.
Доктор: Больше опилок, больше ржавчины, больше распада. Мы приземлились в очень древнем месте, Чарли.
Левит: Сюда!
Доктор: Пошли.

Левит: Это невероятно.
Романа: Стражи, разойдитесь в разных направлениях. И ничего не трогайте. Ну, Ванселл?
Ванселл: Оно.
Романа: Возможно.
Доктор: Давайте, давайте, пропустите нас.
(Шаги.)
Доктор: Ну, я впечатлён. Она огромная! Не совсем пещера, скорее…
Романа: Комната, Доктор?
Доктор: Да, именно. Это комната. И что же в её центре, хмм?
Чарли: Доктор, в этом нет смысла. Мы не настолько глубоко спустились под землю, чтобы попасть в такое… Ох. Мы не настолько глубоко спустились под землю, чтобы попасть в такое место, оно больше изнутри чем… Доктор, ты понимаешь, что это?
Доктор: Да, Чарли, думаю да. Металлические шипы из земли повсюду, искажённые и разрушенные и покрошенные ржавчиной и временем. Туннели, коридоры, ведущие в большие комнаты и подземелья, возможно даже больше, чем эта. Везде вырезаны круги на стенах, и теперь здесь, в центре, массивный сталактит соединяет рифлёный потолок с широким шестиугольным помостом. Мы не на астероиде, не на естественном спутнике, хмм, не так ли? Весь этот астероид, этот разрушенный обломок, кружащийся в хаосе анти-времени, этот уголёк, выпавший из камина вечности, единственная фиксированная точка во всей этой хаотичной анти-вселенной, он не отсюда. Он пришёл из-за границ этого водоворота. Из...
Романа: Нашего мира, Доктор.
Доктор: Нашего мира. Точно. Это не сталактит. Это консоль. Целый мир - разрушенные останки огромной машины, её измерения разорваны на части, вывернуты наизнанку, скомканы, отображены на себя. Это останки ТАРДИС.
Левит: Не могу в это поверить.
Доктор: Романа, Ванселл, вы знали, да? Вы знали с самого начала. О, Романа.
Романа: Эта возможность учитывалась. Извини, Доктор. Я сама не совсем в это верила.
Ванселл: Понимаете, Доктор, вопрос не в том, что это останки заброшенной ТАРДИС. Вопрос в том, как она вообще сюда попала. Точнее, в том, кто направил её сюда? Чья это ТАРДИС? Мадам Президент, если позволите?
Романа: Действуйте.
Ванселл: Стражи, нейтронный активатор, быстро. Теперь, Доктор. Посмотрим, можем ли мы бросить немного света на эту тайну. Отойдите от консоли.
(Скрип ТАРДИС.)
Ванселл: Энергопринимающие устройства ещё целы. Открываю индукционные датчики магнитного поля.
(Энергия начинает нарастать.)
Доктор: Невероятно. Я и представить себе не мог.
Ванселл: Просто искорка жизни, Доктор. Одной искорки достаточно!
(Щелчок активатора.)
Чарли: О! Над консолью. Что-то образуется. Лицо в воздухе.
Доктор: Мы называем это голограммой, Чарли, и я знаю это лицо. Оно было в Матрице. Старик, бесконечно печальный и бесконечно мудрый. Не может быть.
Ванселл: Здесь для сражения с чудовищем Загреусом, не знающий покоя, пока продолжается история, пока один из них или оба не падут.
Чарли: Он собирается говорить.
Романа: На колени, Доктор, мисс Поллард. На колени, все вы.
Рассилон: Это было неизмеримо долго. Здесь, один в холодном, затерявшемся мире, отчуждённый от моих людей, моего дома. Когда-то моё имя вызывало и почтение, и страх как у друзей, так и у врагов. Знайте, что я Завоеватель Иссгаротов, Верховный Жрец Дронида, Первый Граф Прайдона, Покоритель Временной Воронки, Уничтожитель Пустоты и Президент Галлифрея в эпоху великого основания нашей Империи. Я - лорд Рассилон. Наконец, дети мои, вы вернулись ко мне.
Доктор: Я не понимаю. Рассилон умер на Галлифрее миллионы лет назад. Романа, я был внутри Гробницы. (прим. отсылка к The Five Doctors)
Романа: Тихо, Доктор. Сообщение продолжается.
Рассилон: Долгое время назад я положил конец векам тирании и кровопролития на своей планете. Помог ей вступить в великую эру просвещения, с надёжным советом моих мудрейших инженеров. Я закрепил пространственно-временной континуум великим Оком Гармонии. Но в годы моего заката во мне зародился страх, что, создав единственно верное Время, я мог положить начало существованию его противоположности. Угроза того, что я назвал анти-временем. Мерзкий яд, который мог просочиться и заразить и испортить всё, чего я пытался достичь, это наполняло меня страхом и ужасом. Я решил отправиться в путешествие в странные, не отмеченные на картах области пространства в поисках моего врага. И здесь, в этой странной анти-реальности, я нашёл Анти-мир Загреуса, обитель хаоса и отсутствия времени. Я сражался с этой сущностью. Сейчас она в покое, под контролем. Моя ТАРДИС разрушилась, мой путь к выходу закрылся. Я здесь в ловушке. Но я оставляю это сообщение в надежде, что однажды мои повелители времени найдут способ спасти меня. В Нуль-Ящике неподалёку я оставил своё тело, застывшее в своём последнем вздохе. Если я жив, дети мои, я бы хотел, чтобы вы оживили меня и вернули на Галлифрей. Заберите меня домой.

Часть 2


Чарли: Эм, ну, я правильно понимаю, что это был кто-то очень важный?
Доктор: Это еще мягко сказано, Чарли. Этого не должно быть.
Романа: Можете встать. Ну, Доктор? Теперь ты знаешь.
Доктор: Мои поздравления, Романа. Ты обнаружила Рассилона. Как называют кого-то столь могущественного, что он спасает бога?
Романа: Богов не бывает, Доктор. Тем более, Рассилона никак не назовёшь богом.
Чарли: Мне кажется, я понимаю, кем был Рассилон, но как они узнали, что он здесь? И разве Загреус — это не персонаж детского стишка или что-то такое? А, точно. В Сингапуре ты его упоминал, помнишь?
Доктор: Да. Загреус сидит у тебя в голове. Загреус живёт среди мёртвых.
Ванселл: Загреус видит тебя в твоей постели, и съест тебя, пока ты спишь. Мисс Поллард задаёт хорошие вопросы, Доктор.
Доктор: Это детский стишок, Ванселл. Всего лишь страшилка для галлифрейских детей. Это ничего не значит, ничего!
Чарли: Вокруг розовых кустов...
Доктор: Что?
Чарли: О, Доктор, ты знаешь. Вокруг розовых кустов, среди травок и цветов, апчхи, апчхи, падаем все мы. Речь идет о Черной Смерти, не так ли? Чихание было симптомом бубонной чумы, и «падаем все мы» значит «мы все умираем».
Доктор: Чарли, ты права. Мм, как там второй куплет?
Ванселл: Загреус жив в конце времен. Загреус весь погряз во лжи. Загреус придёт, когда время запутается.
Доктор: И вся история будет рыдать. Да, конечно. Это почти метафора.
Ванселл: Того, что происходит в Паутине Времени, да. Интересно, что Загреус фигурирует и в литературной традиции других миров. Вроде притчи на Спарбарусе или Финиане-4. Или эпоса народов, говорящих на язурике.
Доктор: Только не цитируй этот эпос, одни согласные задержат нас тут на неделю.
Ванселл: А еще он есть на Земле в Чёрной Библиотеке Ордена рыцарей Святого Иоанна. Но он существовал еще в двенадцатой эпохе, а, может, и раньше... Загреус ждёт конца времён. Конец времен принадлежит Загреусу. Его время – конец времени. И он погубит время. Опять же, примечательны отсылки к Паутине.
Чарли: Ну, а что происходит с героем?
Ванселл: Он оставляет свой народ. Он строит огромный мощный космический корабль и отправляется на поиски земли Загреуса. Он знает, что это место существует только в мечтах. Он прокладывает курс к шраму на лице мироздания, где звёзды жили и умирали в смешении одной ночи, а единственное, что там было постоянным, это разрушение. Левит?
Левит: После многих лет он уже готов был отказаться от своей цели, когда он представил себе гигантские врата в облаках. И Врата Загреуса открылись перед ним. Вся анти-вселенная была открыта для него, а ее ужасающая красота ранила его сердца.
Доктор: Сердца, во множественном числе? Неужели?
Ванселл: И он рискнул войти в них, чтобы сразиться с Загреусом, зверем, который никогда не отдыхал с тех пор, как начался ход времени, до тех пор, пока один из них или оба не падут.
Доктор: И потом они жили долго и счастливо, полагаю. Я вижу, что есть несколько случайных совпадений, но доказательства едва ли убедительны, есть ли что-нибудь ещё?
Романа: Имя героя, Доктор, − Ассилон. Иногда Раслон. В некоторых традициях просто Ра. Эти народные сказки схожи в одном. Перед тем как герой уходит из дома на поиски Загреуса, он приказывает уничтожить все записи о его путешествии из страха навредить своей утопии. Его народ считает, что он мёртв.
Доктор: И ты веришь во всё это?
Ванселл: Это объяснило бы, почему идея об анти-времени всегда вызывала недоверие или подавлялась. Живучее наследие Наместников Рассилона. Но возможную связь между этими рассказами и ересью анти-времени замечали на протяжении веков.
Романа: Лишь недавно наши студенты осмелились порвать с Великим Учебным Планом, смогли открыть глаза на новые области исследований и начать делиться своими знаниями c другими представителями Темпоральных Держав.
Ванселл: События, которым моё Агентство с радостью поспособствовало. Но представьте, если бы великий Рассилон вернулся к нам. Тот, кто начал Интуитивное Откровение, кто установил Око Гармонии и зафиксировал пространственно-временную воронку. Сколь многого мы бы достигли? Насколько вперёд продвинулись бы повелители времени? Леди Президент, доказательства находятся где-то в Нуль-Ящике в пределах этой планеты. Или ТАРДИС. Неважно.
Романа: Согласна. Мы будем методично искать. И найдём саркофаг Рассилона.
Доктор: Если он существует.
Сентрис: О, Доктор, конечно, саркофаг существует.
Доктор: Снова ты. Ты подслушивала?
Чарли: Доктор, ты уже встречал это… это существо с моим лицом?
Доктор: О, да. И я знаю достаточно, чтобы быть с ним осторожным.
Сентрис: Итак, координатор? Вы нашли то, за чем пришли сюда?
Ванселл: Лишь частично. Вы знаете, где саркофаг, Несуществующая?
Сентрис: Мы знаем. Мы хотим заключить с вами соглашение о его возврате.
Романа: Простите, я понимаю, что вы хотите обсудить условия?
Сентрис: Мы знаем вас, повелители времени. Мы знаем, какой эффект оказывают на ваш континуум наши небольшие экскурсии в вашу реальность. Мы знаем, что если бы вы могли, то уничтожили бы нас полностью. Но ваше Время дало нам существование. Станете ли вы отказывать нам в праве на жизнь?
Доктор: Справедливо. Романа?
Романа: Доктор, я не могу. Вред, который само их существование может нанести Паутине Времени, не поддаётся исчислению. Ты видел проекцию Матрицы.
Доктор: А кто сказал, что это не всего лишь одна из миллиардов альтернатив? Ты, я имею в виду, мы, мы, повелители времени, достаточно консервативны. А умы в Матрице ещё более. Малейшая дрожь в их Паутине сразу напрягает их чувства. Конечно, Матрица будет в смятении.
Ванселл: Как ни неприятно мне это признавать, леди Президент, Доктор прав. Выслушать их условия – меньшее, что мы можем сделать.
Романа: Я не буду спешить, Ванселл.
Ванселл: Иногда, леди Президент, мне кажется, что вам не достает равнодушия для вашей работы.
Романа: Это неподчинение, Координатор? Будьте осторожны. Будьте очень осторожны.
Доктор: О, прекратите же, оба.
Ванселл: Я не стану. Мы сдерживали себя слишком долго, ограниченные осторожностью, традициями и почтительностью. Мы − посмешище! Мы поддерживаем Вселенную. О, да. Мы консервируем её в янтаре, вместе со всей безнаказанной несправедливостью. Во имя мира агрессоры остаются безнаказанными. Доктор, вы поместили далеков, далеков, самую злобную, жестокую и хладнокровную расу за всю историю, во временную петлю. Мы могли бы уничтожить их прямо сейчас. Убедиться, что все мучения, которые они принесли каждому народу, с которым сталкивались, больше никогда не повторятся. Но осмелимся ли мы? Осмелимся? Мы могли бы сотрудничать с нашими союзниками, с монанами, с деформаторами Файдона, даже с человечеством, чтобы добиться согласия ради прогресса во всех галактиках. Чтобы быть основным двигателем всеобщего блага.
Романа: Вы закончили?
Ванселл: Я даже не начинал. Итак, леди Президент. Далеки. Что вы сделаете с ними? В конечном счёте вы позволите им улизнуть? Да? Конечно, так вы и сделаете. У вас не хватит воображения на что-либо другое.
Романа: Вы едва ли правильно выбрали время и место для подобного спора.
Ванселл: Почему же? Разве возвращение архитектора нашей расы вообще может быть предметом для спора? Прогрессивный деятель, герой, который не боялся достичь пределов неизвестного, и не только ради славы своего народа, но ради безопасности всей Вселенной. Наша реальность распадается, а вы всё ещё колеблетесь, в то время как тот, кто обладает мудростью и силой для разрешения этого кризиса, находится в пределах вашей досягаемости!
(Рукоплескание)
Доктор: Хорошая речь, Ванселл. Прямо для открытки с планеты Затычка. Милое местечко для путешествия, но жить там не очень хочется.
Ванселл: Я не буду выслушивать критику от свергнутого Президента, осуждённого преступника, безответственного вора, чья неуместная сентиментальность, в первую очередь, и вызвала анти-временной разрыв.
Сентрис: Достаточно! Вот наши условия. Мы вернём вам саркофаг с телом вашего героя, великого Рассилона. Также мы вернём вашу временную станцию. В обмен мы требуем всего лишь того, чтобы вы попытались организовать переговоры между народами наших реальностей. Мы собираемся соблюдать законы вашей вселенной в обмен на ограниченную возможность получать из вашего временного потока энергию, сохраняющую нам жизнь. Таким образом, мы ожидаем создания постоянного прохода между нашими реальностями.
Доктор: Что? Использовать Чарли как заднюю дверь? Так не годится.
Чарли: Определённо нет. У меня же есть право голоса в этом вопросе?
Сентрис: И, в подтверждение доброй воли, мы желаем оставить у себя одного из трёх ваших лидеров. Леди Президента, координатора или Доктора, один из них должен остаться в нашей вселенной до тех пор, пока не будет достигнута договорённость.
Доктор: Да, да, да. А что насчёт Чарли?
Ванселл: Что насчёт Чарли? А что может быть? Ее время, ее жизнь – украдены, заимствованы для нее тобой, Доктор..
Романа: Это достаточно суровая интерпретация затруднительного положения мисс Поллард.
Ванселл: Но точная. Существуют все основания полагать, что Рассилон всё ещё может найти решение этой головоломки. В конце концов, мы даже не знаем, как он проник в эту анти-вселенную. Мы принимаем ваши условия, Несуществующая.
Сентрис: Вы вызываетесь остаться здесь, Координатор?
Ванселл: Нет. Я назначаю леди Романадворатрелундар, Президента Галлифрея и всех его владений. Один Президент за нашего самого первого Президента. Справедливый обмен. Левит, сопроводите леди Роману.
Левит: С удовольствием, Координатор.
Доктор: Это то, чего вы хотели, Ванселл. Набить временную станцию сотрудниками НАВ, увезти Президента в другую вселенную и осуществить бескровный переворот, вернувшись как герой и правая рука Рассилона и, возможно, его избранный наследник. Не принимайте его слова за чистую правду, Несуществующая. Он более заинтересован в своих собственных политических выгодах, чем в благополучии вашего народа.
Сентрис: Я не согласна, Доктор. Мы следили за координатором. Он – принципиальный и честный повелитель времени, верный своему делу. Мы доверяем ему. Саркофаг ожидает вас на равнине снаружи. Вы все встретитесь со мной там.
(Звон)
Романа: Я разочарована в вас, Ванселл. Я считала вас преданным.
Ванселл: Я предан. Моей планете, моему народу, Рассилону. Но вам, миледи? Я так не думаю.
Чарли: Что ж, я считаю, что такие предатели, как вы, всегда получают по заслугам.
Ванселл: Левит, следите за этими тремя. И если мисс Поллард ещё раз пикнет, то без колебаний убейте Доктора. Итак, нам назначена встреча. Идёмте. Давайте, двигайтесь.
Ванселл: Мы здесь, Несуществующие. Где вы?
(Звенящий звук)
Ванселл: Что, только снова ты? Где саркофаг?
Сентрис: Терпение, координатор.
Чарли: Доктор, она что, общается с другими? Знаешь, телепатией или как-нибудь ещё?
Доктор: Возможно, Чарли. Очень возможно. (тихо) Романа, что бы ни произошло, не сдавайся. Продолжай верить. Есть способ из этого выбраться, я знаю, что есть.
Романа: Доктор, однажды ты не сможешь выполнить одно из своих обещаний. Когда это случится, это будет для тебя ужасным потрясением.
Ванселл: Прекратите болтать, вы двое. Мы ждём.
Романа: Я готова. Что вы от меня хотите, Несуществующая?
Сентрис: Вы подойдёте ко мне. Другие будут стоять на месте.
Романа: Очень хорошо.
(Шаги)
Романа: Так подойдёт?
Сентрис: Этого будет достаточно.
Ванселл: Несуществующая, где он? Где саркофаг?
Сентрис: Да он у вас под ногами, координатор.
(Открывается трещина в земле.)
Сентрис: Здесь ваш герой.
(Шипящий звук.)
Ванселл: Мой лорд Рассилон. Я уже могу чувствовать вашу силу.
Сентрис: Теперь мы заберём леди Роману. Вы уйдёте беспрепятственно. Мы с нетерпением ждём следующей встречи с вами.
Ванселл: Что? О, да. Да, конечно.
(Звенящий звук)
Несуществующий: Теперь вы пойдёте с нами, леди.
Несуществующая: В места под землёй.
Несуществующий: Присоединитесь к нам.
Несуществующая: Питайте нас.
Романа: О, не преувеличивайте. Я не боюсь вас.
Доктор: Она исчезает с ними, её затянуло через трещину в земле.
(Трещина становится шире)
Доктор: Чарли, беги!
Чарли: Доктор!
Доктор: Всё в порядке. Почти потерял равновесие на обрыве, вот и всё. О, уберите свои стазеры, ребята. Я сдаюсь без борьбы.
Ванселл: Доктор, по-моему, ты теряешь хватку.
Доктор: Очень смешно, Ванселл. Давай же, помоги мне забраться.
Ванселл: И почему же я теперь должен это делать? В конце концов, Доктор, нет смысла жить, если не рисковать, не так ли?
Доктор: Пожалуйста, Ванселл! Я не могу больше держаться!
(Доктор падает)
Чарли: Доктор!
Ванселл: Простите? Кто? Держите девчонку крепко. Охранники, берите саркофаг. Осторожнее! Временная станция недалеко. Мы возвращаемся домой. Великий лорд Рассилон возвращается домой.

Романа: Вы не должны подгонять меня эктоплазмой или из чего бы вы там не состояли. Я здесь по своей собственной воле.
Сентрис: Вы здесь, потому что мы так захотели, мадам Президент. Всё, что произошло в этом месте, случилось потому, что мы так пожелали.
Романа: И что вы хотите этим сказать? Я Президент Галлифрея, и пока я здесь, я почётный гость. Что это за шум? Куда вы меня ведёте?
Сентрис: На встречу с остальными нашими людьми, мадам Президент. Они с нетерпением ждали встречи с вами. На самом деле, в нашем мире только об этом и говорят. Есть множество вопросов, которые они хотят вам задать.
Романа: Что, как дипломатическое обращение?
Сентрис: Скорее, как суд. Продолжайте.

(Дверь открывается)
Чарли: Это ваша временная станция, Ванселл? Здесь не помешало бы прибраться.
Ванселл: Повреждение незначительно, и энергию просто восстановить. Видите? Эскорт, внесите саркофаг. Правильно, прямо там. Осторожнее!
Чарли: Почему вы просто не откроете этот ящик, Ванселл? Давайте послушаем, что ваш драгоценный Рассилон скажет о вашем поведении.
Ванселл: Молчать! Лорд Рассилон будет оживлён в контролируемых условиях на Галлифрее. До тех пор не имеет смысла рисковать его благосостоянием.
Чарли: У вас ведь нет мысли заключить сделку с несуществующими, правда?
Ванселл: Это будет решать Президент Рассилон. Что касается меня, я рад видеть, что вселенная очистится от их мерзкого зла. Младший кардинал, отчёт о мощности.
Младший кардинал: Временной ротор обесточен, но артронное топливо восстановит массу через двадцать микроспан, координатор.
Ванселл: Исполняющий обязанности Президента, если вам не трудно. Левит?
Левит: Да, коорд… я хотела сказать, Исполняющий обязанности Президента, сэр.
Ванселл: Я хочу, чтобы ускоритель протонов доставили с инженерной палубы. Мисс Поллард нужно приготовить к её небольшому преобразованию. Я хочу, чтобы эта временная станция была готова к запуску через тридцать микроспан.

Сентрис: Братья и сёстры, у нас гостья. Президент Романа, правительница Галлифрея.
Романа: Благодарю. Вас так много. Это почётный приём?
Сентрис: Двое из нас особенно хотят с вами встретиться. Идёмте, идёмте.
Рорвен: Здравствуйте.
Тарис: Здравствуйте.
Романа: Э, здравствуйте. Прошу прощения, но мне казалось, что вы хотите мне что-то сказать?
Рорвен: Ты не узнаёшь нас, леди Президент?
Тарис: Действительно не помнишь? О, Романа, а ты должна.
Романа: Простите, но нет. Я никогда не была внутри этой вселенной. Ну, никто не был.
Сентрис: Конечно, за исключением вашего героя, лорда Рассилона.
Романа: Именно, но он не отправил мне открытку.
Тарис: О, нет, нет, нет. Ты действительно не помнишь меня, Романа? Они говорили, что ты стала холодной и бессердечной, но я не верила. Теперь же я вижу, что это правда. (рыдает)
Романа: Прошу прощения. Я обычно хорошо запоминаю лица, но ваше?
Сентрис: Тогда давайте назовём их имена. Девочку зовут Тарис. Мальчик – её брат Рорвен.
Романа: Нет, эти имена ни о чём мне не говорят.
Тарис: Она не помнит, Рорвен!
Рорвен: Как ты можешь быть такой жестокой?
Романа: Перестаньте. Ситуация становится нелепой.
Сентрис: Когда вы были маленькой девочкой, леди Романа, не старше шестидесяти лет, ваша семья проводила почти каждое лето в большом доме на берегу озера Абидос. Вы часто плавали с поющими рыбками. Вы собирали цинковый боярышник среди зарослей сияющего камыша у кромки воды.
Романа: Да, это было так. Но откуда вы знаете? И, в любом случае, какое это отношение имеет к вашим людям?
Сентрис: Спокойно. Вы делали это в одиночестве, леди Романа?
Романа: Да, я была единственным ребёнком в семье. У меня было мало друзей. Меня обычно слишком волновали оценки по физике элементарных частиц.
Сентрис: О, но всё-таки у вас были друзья, миледи.
Тарис: У тебя были мы.
Романа: А теперь вы просто ведёте себя глупо. Я-то знаю свои воспоминания.
Рорвен: Тогда ты вспомнишь день, в который мы нашли беспокойных птиц, гнездящихся в старом павильоне. Тот раз, когда отшельник на отдалённом конце выжженной пустоши Раббас отпугнул нас огненным знаком.
Тарис: О, Романа, скажи, что да. Пожалуйста?
Романа: Нет. Нет, я не помню. Откуда мне?
Тарис: Мы были твоими друзьями многие годы.
Сентрис: Хватит, Тарис. Перестань мучать себя. Ответьте мне, миледи. Когда вы заняли высочайший пост, не были ли вы посвящены во все наиболее охраняемые секреты Галлифрея?
Романа: Это же очевидно.
Сентрис: Записи Жаскига, Военные Персепторы, Императив Кавокса.
Романа: Да, да, да, да.
Сентрис: И, конечно, Темница Вечности.
Романа: Да.
Сентрис: Что такое Темница Вечности, леди Президент?
Романа: Неиспользуемая комната глубоко внутри нашей крупнейшей внепланетной станции.
Сентрис: Штаб Небесного Агентства Вмешательства. Можете ли вы рассказать, леди Президент, для чего использовалась эта комната?
Романа: Рассеивание. Давно запрещённая варварская мера наказания. Как это относится к делу?
Сентрис: Прямо. И что влекло за собой рассеивание?
Романа: Оно применялось только к тем, кто обвинялся в серьёзной государственной измене против Галлифрея. Внутри комнаты обвиняемые рассеивались из истории, вся их временная линия стиралась, как будто они никогда не существовали.
Сентрис: И куда, по твоему мнению, отправлялись рассеянные?
Романа: Никуда. Я имею в виду, они никогда не существовали. Они никуда не могли отправиться.
Доктор: Ещё как могли, Романа. Сюда. Они отправлялись сюда.
Сентрис: Доктор. Как здорово тебя увидеть.
Доктор: В этом есть смысл, не видишь? Пустое субизмерение за гранями нашей реальности, где обычные правила неприменимы.
Романа: То есть вы считаете, что все вы, тысячи вас, были когда-то галлифрейцами, даже повелителями времени.
Сентрис: Стёртые из существования по велению НАВ. Вот, Бидульф был охранником Канцелярии, который напился малайского алкогольного сока и проболтался о деталях состава свиты Президента Пандакса. Савос, что позади него, был барменом, чья единственная вина заключалась в том, что он услышал невнятную чепуху Бидульфа. Оба были рассеяны там, их жизни удалены и забыты. Рорвен и Тарис были пойманы во время просмотра засекреченных файлов в попытке узнать, как они остались сиротами. Они обнаружили, что их родители, Майус и Телса, были мятежными студентами, которые были рассеяны за нелицензионные самостоятельные исследования в области мутагенной селекции. У каждого здесь есть своя история.
Рорвен: И ты забыла о нас всё. Если мы никогда не существовали, то что вспоминать? Но мы помним. Мы помним тебя, Романа.
Доктор: Я могу задать вопрос? Ты, в форме Чарли. Кто ты? И откуда ты появилась?
Сентрис: Я приняла форму пространственно-временного разрыва, потому что это символ наших надежд на спасение. На Галлифрее меня звали Сентрис.
Доктор: И в чём была твоя вина? Что ты сделала?
Сентрис: Против меня было множество ужасных обвинений. Я была холодной и безжалостной убийцей невинных.
Доктор: Прошу прощения, но, судя по всему, по крайней мере ты получила по заслугам.
Сентрис: О, мне никогда не выносили приговора, меня даже не поймали. Я сама отправилась в Темницу Вечности и рассеяла себя в этот пронзительный хаос. Я была двести семнадцатым координатором НАВ. Казалось, что я очень редко давала разрешение на рассеивание, но когда ты не помнишь, что последний уничтоженный тобою человек вообще когда-либо жил, то продолжаешь соглашаться. Однажды я проверила записи, которые мы держали в защищённом Временем хранилище. И поняла, что за год в качестве Главы Агентства я отправила в небытие более двухсот осуждённых. Чувство вины было невыносимым. Я рассеяла себя и появилась здесь, чтобы обнаружить себя в окружении моих жертв. Они презирали меня целую вечность, но я пообещала загладить вину и вернуть им их жизни. И я это сделаю.
Романа: От имени Верховного Совета повелителей времени, я говорю, что мне ужасно совестно за то, что случилось с вами. С вами, Бидульф и Савос. С вами, Рорвен и Тарис. Со всеми вами. И с вами, Сентрис. Мне жаль вас и надеюсь, что однажды вы обретёте покой. Это была ужасная глава в истории Галлифрея, и если есть способ как-то возместить вам…
Сентрис: Была? Это была ужасная глава в истории Галлифрея? Мне жаль вас, повелительница времени. Мне жаль того, что наши ряды увеличиваются с каждым днём. Что наше число растёт из-за людей, которые совершают действия от вашего имени, леди Президент. От вашего священного имени.
Доктор: Вы хотите сказать, что рассеивания продолжаются и сейчас?
Сентрис: Да, Доктор. Именно.
Романа: Ванселл!

(Временная станция)
Ванселл: Временной ротор полностью заряжен, младший кардинал?
Младший кардинал: Темпоральные реакторы полностью заряжены, заместитель Президента, сэр.
Ванселл: Хорошо. Хорошо… (обращаясь к саркофагу) Великий лорд Рассилон, я лишь ваш смиреннейший слуга. Я живу ради того, чтобы выполнять каждый ваш приказ. Что? Что там? Да. Да, конечно.
Левит: Не вырывайся, Чарли. Всего лишь еще одна трансформация.
Чарли: O, так я и поверила. Левит, мы не можем просто так оставить Роману или Доктора, если он еще жив. То, что вы делаете – это предательство!
Левит: Я выполняю приказы моего заместителя Президента. И, если на то пошло, я, как ни странно, думаю,что он поступает правильно. Вам не понять.
Чарли: О, а я думаю, что у вашего заместителя Президента крыша поехала. Он сейчас разговаривает с саркофагом.
Ванселл: Все в порядке, Левит?
Левит: Почти готово, сэр.
Ванселл: Прекрасно. Дематериализация через тридцать микроспан.
Чарли: Анти-время. Вы слышали это, Левит? Слышали? Ванселл заражён анти-временем.

Сентрис: Рорван, Тарис, вы можете идти. Вы знаете, что делать.
Рорвен: Да, Сентрис.
Тарис: Прощай, Романа. Нам тебя не хватает.
Романа: Прощайте. И мне жаль. Они исчезли.
Доктор: Хмм. Так скажи мне, Сентрис, нет ли здесь пути назад на Галлифрей? Через эту Темницу?
Сентрис: Это не дверь, Доктор, это грубое, жестокое устройство. Но когда ты открыл брешь, когда ты спас свою подругу Чарли… О, плыть по реальному времени, Доктор! Существовать, быть. Это простое маленькое право, которое отняли у нас вы и все последователи Рассилона.
Романа: Рассилона? Что вы имеете против Рассилона?
Сентрис: Рассилон, ха! Этот деспот-параноик. Создатель Паутины Времени. Червь, отказавший народам вселенной в свободе воли, приковавший их к своему Оку, привязав их к одной-единственной реальности! Тот, кто постановил, что любая угроза для неприкосновенности его великой империи должна быть стерта из всего Времени.
Романа: Что? Рассилон построил Темницу? Тогда это означает…
Доктор: O да. Рассилон создал анти-время.
Романа: И он назвал его Загреусом. Он осознал, что наделал, и перенес самого себя сюда, чтобы, чтобы... Нет, нет, разве это может быть верно?
Доктор: Нет, не может. Романа, разве ты не понимаешь? Не существует такой вещи, как Загреус. Никогда не было.
Романа: Не существует? Это правда?
Сентрис: А, легенда о Загреусе. Какая невероятная находка . Удивительная фантазия, нашептанная доверчивым идиотам на сотнях планет, в тысяче различных эпох. Приманка. И вы, мадам Президент, и впрямь попались в ловушку.

Доктор: Видишь? Я знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Давай теперь подумаем. Галлифрей был запечатан с тех самых пор, как временные искажения начали искривлять ткань реальности, так?
Романа: Да, но…
Доктор: Так как же убедить его правителей предпринять путешествие в анти-время? Почему бы не изобрести легенду, миф, который бы не смог пропустить мимо ушей ни один повелитель времени. Выживание Рассилона, скажем. И вот последний тщательно продуманный шаг – подкинуть сказку под нос НАВ. И какое же это было бы искушение. Возможность того, что сам Рассилон мог бы быть жив. Конечно же, Ванселл заглотил наживку, попался на крючок и пойман. Прав ли я, или же я прав, Сентрис?
Сентрис: Почти, Доктор.
Романа: Но с какой целью? Почему?
Доктор: Ну, это, конечно же, очевидно. Если легенда о Загреусе – миф, то Рассилон все еще спит сном праведным в своей Темной Башне, там, в Зоне Смерти на Галлифрее.
Романа: Тогда кем был человек, которого мы видели на голограмме?
Сентрис: Игра света, обыкновенная иллюзия или просто проекция того, чего вы больше всего желали. Тот, кто обладает мудростью тысячелетий. Герой из самых таинственных глав истории нашей планеты. (голосом Рассилона) Знайте же тогда, что я — Завоеватель Иссгаротов, Верховный Жрец Дронида, Первый Граф Прайдона, Покоритель Временной Воронки.
Доктор: Очень хорошо. Очень хорошо. Отсюда один последний вопрос...
Романа: Если в саркофаге не Рассилон…
Доктор: То что там?

(Чарли все еще сопротивляется.)
Ванселл: Мы дематериализуемся через шестнадцать спан. Девушка более-менее готова, Коммандер?
Левит: Да, заместитель Президента. Вы, вы вполне уверены, что вы в порядке?
Чарли: О, прислушайтесь к звучанию его голоса, Левит. Что-то не так. Что-то из саркофага исказило его.
Левит: Не усложняйте своё положение, мисс Поллард... Чарли. Не заставляй меня усмирять тебя.
Чарли: Левит, пожалуйста! (Звенящий звук.)
Чарли: Несуществующие! Они здесь!
Рорвен: Заместитель Президента, можем ли мы наблюдать за трансформацией?
Тарис: Поделитесь ли вы с нами своими знаниями?
Ванселл: Да. Да, конечно. Конечно. Нет необходимости тревожиться. Все идет согласно плану.
Чарли: Нет!

Доктор: Что вы задумали, Сентрис? Ты и твой народ..
Сентрис: Анти-время не может проникнуть за трансдукционные барьеры, отделяющие Галлифрея от остального пространства-времени. Ваши временные замки слишком крепки.

Романа: Ни единый атом не может прибыть на Галлифрей без авторизации, это правда, но…
Доктор: Президентскому кораблю, в особенности с главой НАВ на борту...
Романа: Не нужно предупреждать о своем прибытии. Его цифровая подпись автоматически дает разрешение на пересечение барьера. Что в этом саркофаге? Скажите мне!
Доктор: О, я считаю, мы можем сделать неплохое предположение, не думаешь? Как насчет критической массы необузданного и изголодавшегося анти-времени?
Сентрис: Саркофаг взорвётся , как только временная станция материализуется внутри барьеров. Огромная волна анти-времени накроет Капитолий, затопит и заразит его.
Доктор: Паутина Времени уже и так трещит по швам. Галлифрей — последний оплот положительного времени. Всё, что поддерживает постоянство Вселенной — это Око Гармонии, и если оно будет заражено...
Романа: Всё будет плавиться, увядать и менять свое состояние.
Доктор: Словно повелители времени никогда не существовали. История будет пустым холстом. Бурлящий хаос искаженного, неуправляемого Времени. Империя Загреуса.
Сентрис: Свобода для всех!
Романа: Этого нельзя допустить!

Рорвен: Вы знаете, что делать, Ванселл.
Тарис: Отдайте приказ.
Рорвен: Открыть Портал.
Ванселл: Да. Да. Мы должны открыть Портал. Левит, начинайте протонное ускорение.
Чарли: Не слушай его, Левит. Его разум повреждён.
Левит: Я... я не знаю...
Ванселл: Левит, я ваш заместитель Президента. Эти Несуществующие – наши друзья. Именем самого Рассилона – выполняйте!
Левит: Да. Да, конечно. Конечно же, я должна.
Чарли: Нет, и вы тоже? Нет!
Левит: Активировать.
(Скачки энергии, Чарли кричит.)

Доктор: Я понимаю твою обиду, Сентрис, но это ужасная месть живущим не может быть оправдана. Ты же знаешь, что мне придется тебя остановить.
Сентрис: Временная станция готова к запуску. Ее не остановить. А ты, Доктор… У тебя была богатая жизнь. В тебе живет множество историй, ты наполнен ими до предела. Ты прожил больше жизней, чем мы можем вообразить. Но твое время вышло. Леди Роману мы поглотим из стремления к справедливой мести. Тебя – из милосердия, чтобы напитать наш голодающий народ. Братья! Сестры! Поглотите их! Несуществующие: Мы голодны. Нам нужны вы. Нам нужны ваши души.
(Крик Чарли в отдалении.)
Сентрис: Это происходит. Девушка преобразуется.

Рорвен: Портал открыт.
Тарис: Ванселл, мы продолжаем.
Ванселл: Младший кардинал, координаты бреши зафиксированы?
Младший кардинал: (зараженный анти-временем) Загружаются сейчас, заместитель Президента.
Ванселл: Задайте курс на Галлифрей.
Рорвен: Наконец-то.
Тарис: Наконец-то!
Младший кардинал: Курс задан.
Ванселл: Начать дематериализацию!
(Темпоральные двигатели запускаются.)
Ванселл: Итак…
Рорвен: Мы возвращаемся.
Тарис: Возвращаемся.
(Временной ротор замедляется.)
Младший кардинал: Отказ питания, заместитель Президента.
Ванселл: Что?
Младший кардинал: Станция не движется. Временные реакторы отключены.
Рорвен: Что...
Тарис: Это...
Рорвен: Значит?

Сентрис: Что-то не так.
Романа: Что делает Сентрис?
Доктор: Общается с Несуществующими на расстоянии. Мы это уже видели, помнишь? Может, возникла проблема с временной станцией? Знаешь, я думаю, мы вовремя получили небольшую отсрочку..
Романа: Будем надеяться на это.
Доктор: Все в порядке, Сентрис? Можно продолжать нас убивать?
Сентрис: На борту произошёл сбой…
Доктор: На борту временной станции. Не так ли? Вот видишь, Романа, что я тебе говорил? Полагаю, ты хочешь, чтобы мы это исправили. Вам везет, Сентрис. По чистой случайности мы с леди Романой являемся полностью квалифицированными квантовыми механиками. Вызов бесплатно, очень выгодные тарифы, рекомендации предоставляются по запросам.
Сентрис: Молчать! Нам потребуется твоя ТАРДИС.
Доктор: Мою ТАРДИС? О, так моя ТАРДИС была у вас, да? Давайте, давайте, где она?
(Грохот и треск камня)
Доктор: А, вот она где. Кыш с нее, вы все. Не возражаете? Я так понимаю, вы уже высосали достаточно энергии из ее временного ротора к нынешнему моменту. Это машина времени и пространства, а не леденец на палочке.
Сентрис: Твой корабль не поврежден.
Доктор: Оставили ее на сладкое, я полагаю. Ну, ну, старушка. Я не дам гадким призракам тебя обидеть.
Сентрис: Вы перенесетесь на временную станцию и используете свою машину, чтобы возобновить работу ее временных реакторов.
Доктор: Ну, не знаю. У меня может не оказаться проводов для запуска двигателя от внешнего источника. А если ремень привода вентилятора пропал? Романа, на тебе есть колготки?
Романа: Уже достаточно шуточек, Доктор.
Доктор: Правда? O. Ну, Сентрис, я так понимаю, что ты отправишься с нами.
Сентрис: Да. Не должно быть никаких отступлений от моих указаний.
Доктор: Я мог бы отказаться.
Сентрис: Ваш Президент вполне заменима. Она может и умереть.
Романа: Тогда сделайте это. Они убьют нас в любом случае.
Доктор: Это возможно, но никто не умрёт из-за меня. Пойдем, Сентрис.
(Со звенящим звуком Сентрис проходит в ТАРДИС)
Доктор: Может, прекратишь так исчезать? Подожди, пока я открою дверь, и войди, как нормальный человек.
Романа: Доктор, мы тратим время.
Доктор: Я знаю. Хорошо, не правда ли?
(Отпирает дверь и открывает ее.)
Доктор: Забирайся, Романа. Всем пока.
(Дверь закрывается. ТАРДИС дематериализуется.)

Доктор: Ммм, это сложно.
Романа: В чем дело, Доктор?
Доктор: ТАРДИС это не нравится — скакать по космосу без временных связей. Она словно на ощупь бродит в темноте, и в любую секунду…
(Двигатели тарахтят и останавливаются.)
Доктор: Я же говорил.
Сентрис: Если машина неисправна, Президент умрет.
Доктор: Всего лишь маленький сбой. И Президент понадобится мне под консолью, Сентрис, ну, если только ты не можете достаточно удлинить себя, чтобы передать мне тот астровыпрямитель. Не можешь? Ну, что ж. (Исчезает под консолью.) Романа? Ящик с инструментами сбоку за граммофоном.
Романа: Ящик с инструментами. С инструментами, ящик с инструментами. А! И ты называешь это инструментами? У твоего мультиквантоскопа только одна насадка.
Доктор: У него только одна насадка и бывает.
Романа: (шепотом) Доктор, ты застопорил ТАРДИС намеренно.
Доктор: То есть, сколько насадок должно быть у мультиквантископа? (шепотом) Мне нужно время подумать. Думай. Думай.
Романа: Ну, одна, чтобы ослаблять мергиновые гайки, естественно. (шепотом) Не беспокойся, все под контролем. Просто доставь нас на временную станцию.
Доктор: Мергиновые гайки? О, я использую ганимедов гайковёрт для них. (шепотом) Должен ли я полагать, что у тебя есть план?
Романа: Ганимедов гайковёрт? О нет, мультиквантископ — то, что тебе надо. Или он, или же расцепитель Деметры. (шепотом) Слушай, временная станция может пройти через трансдукционные барьеры Галлифрея лишь потому, потому что передаёт мой персональный код – так?
Доктор: Ну, расцепитель Деметры хорошо справится с гайкой второго калибра, но ничего сверх этого. (шепотом) Конечно. Если мы сможем изменить твой код авторизации, временная станция будет отрезана от Капитолия. Романа, это великолепно!
Романа: (шепотом) С головой, набитой опилками, Президентом Галлифрея не стать, знаешь ли.
(Взрыв, искры.)
Романа: Твои зевсовы штепсели в ужасном состоянии. И у тебя нейтронные тиски вконец износились. (шепотом) Код встроен, так что я не могу изменить его с временной станции, но если я смогу добраться до Восьмой Двери через камеру Матрицы...
Доктор: Ну, ты знаешь, как говорят. Если это работает как нейтронные тиски, значит это и есть нейтронные тиски! (шепотом) Да, ты можешь изменить код из Матрицы.
Романа: (шепотом) По крайней мере, теоретически. (нормально) Электронный крюк? Как старомодно.
Доктор: Что, ты бы хотела, чтобы я использовал один из этих новомодных ионных захватов, я полагаю? (шепотом) Нам просто нужно найти способ доставить тебя туда. Думаю, нам нужен какой-нибудь простой отвлекающий маневр.
Сентрис: Быстрее, быстрее.
Доктор: Имей терпение, Сентрис! Хороший работник никогда не винит свои инструменты, и к моим комар носа не подточит. Сейчас.
(Панель управления консолью пищит, и двигатели запускаются.)
Доктор: Нормальная работа двигателя восстановлена.
Романа: О, молодец, Доктор.

Чарли: Оу. Оу. Никогда в жизни больше не хочу через это проходить..
Ванселл: Но, мисс Поллард, вам придётся. В конце концов, нам нужно пройти сквозь вас, чтобы попасть обратно в нашу Вселенную.
Чарли: Что? Мы еще не прошли? Мы еще не в пути? О, нет. Неужели вы не можете просто оставить меня в покое?
Рорвен: Ты бесценное, хрупкое создание.
Тарис: Ты вернешь нам свободу.
Чарли: А что насчет моей свободы? Что насчет меня?
Ванселл: Тише, мисс Поллард. У нас посетители.
(ТАРДИС материализуется.)
Чарли: ТАРДИС! Но…
(Дверь открывается.)
Доктор: Чарли!
Чарли: Я знала это. Я знала, что ты выживешь.
Ванселл: Обманывать смерть – ужасная привычка, Доктор. Рано или поздно кто-нибудь тебя от нее избавит.
Доктор: А, Ванселл. Наслаждаешься новым званием деспота? Ванселл, что с твоим...
Романа: Левит, младший кардинал, весь экипаж — с ними со всеми одно и то же.
Чарли: Это все саркофаг, Доктор. Что-то оттуда добралось до них.
Доктор: Полагаю, да. Анти-время не идёт твоему лицу, Ванселл, каким бы унылым оно ни было. Если бы ты мог думать за себя, ты бы увидел, что натворил.
Ванселл: Что я...
Доктор: Это не Рассилон в саркофаге, Ванселл. Рассилон мертв. Его никогда там не было. Вместо этого ты принёс в нашу вселенную бурлящий концентрат чистого анти-времени, которое наводнит весь Галлифрей и уничтожит Паутину Времени.
Ванселл: Я, я не приносил. Ты лжешь, Доктор. Мы делаем это ради блага Галлифрея.
Чарли: Это правда, Доктор? Вот что им нужно?
Доктор: Да, Чарли. Но, полагаю, Ванселл зашёл уже слишком далеко, чтобы беспокоиться.
Сентрис: Достаточно, Доктор, займись своим делом.
Доктор: Да, да, да. Вы, психи с манией величия, все одинаковые. Спешка, спешка, спешка. Никогда не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, скажу я вам.
Романа: Доктор, ты несешь чушь.
Доктор: Как правило. Так, если верить панели управления, у нас большая утечка энергии. Но я уже говорил, что сенсорам доверять нельзя. А! Вот, потоковые кривые рассинхронизировались.
Романа: Несомненно.
Доктор: O боже мой, боже мой, боже мой. Не нравится мне это. Хорошо, Сентрис, я могу исправить это. Но мне потребуется некоторая помощь.
Романа: О? И что же за помощь это будет, Доктор?
Доктор: Ты ведь сдала экзамен по темпоральной инженерии, не так ли, Романа?
Романа: О, всего лишь маленькую тройную альфу.
Доктор: Мне нужен квалифицированный специалист по реакторам, чтобы перезагрузить потоковые схемы станции, пока я синхронизирую ее с ТАРДИС. Справишься?
Романа: Это ерунда, Доктор.
Доктор: Да нет, всего лишь отличный пример латеральной логики, но я заставлю временную станцию вновь работать. Сентрис, мы пришли к соглашению? Романа может сделать за меня грязную работу внизу в реакторах.
Сентрис: Это приемлемо.
Ванселл: Не будь так уверена, друг мой. Доктор — хитрый ретроград, и леди Романа ничем не лучше. Отправь Левит в качестве конвоя.
Сентрис: Нет. Коммандер Левит останется здесь, держа Доктора на прицеле стазера. С Романой пойдешь ты, Ванселл.
Ванселл: Я? Но я же заместитель Президента. (флуктуации энергии) Да. Да, я понимаю, что я должен. Конечно же, да.
Сентрис: Мои товарищи сопроводят тебя и леди Роману.
Рорвен: О, Романа.
Тарис: Мы отправляемся на маленькую прогулку.
Романа: Рорвен и Тарис. Великолепно. Пойдемте, тогда. Вы тоже, Ванселл.
Доктор: Секунду, мадам Президент. Я хочу, чтобы ты взяла это.
Романа: Твоя звуковая отвертка? Но…
Доктор: О, она может пригодиться тебе там внизу. Удобно иметь ее под рукой, эту старую вещицу.
Романа: Да, я помню.
Доктор: Ты позаботишься о ней?
Романа: Обещаю.
Доктор: Разве не ты говорила мне не давать обещаний?
Романа: Только тех, которые нельзя сдержать.
(Дверь открывается.)
Романа: Прощай, Доктор.
(Дверь закрывается.)
Доктор: Прощай, Романа. Ну что ж, вернёмся к нашим баранам. Пожалуйста, не размахивай у меня перед носом этой штукой, Левит. Ты мне свет загораживаешь!

Романа: O, ну поторопитесь же, Ванселл. Мы не хотим заставлять наших неживых друзей ждать.
Ванселл: Неживых?
Романа: Вы не знаете? Эти Несуществующие — ваши жертвы. Повелители времени, вырванные из истории по приказу НАВ.
Ванселл: Нет, нет.
Рорвен: Он вас не слышит. Вы тратите время, мадам Президент.
Тарис: А время слишком ценно, чтобы растрачивать его.
Романа: Это странно слышать от людей, которые хотят уничтожить само Время.
Рорвен: Ваше время — это тюрьма.
Тарис: И вы сами в ней себя запираете.
Романа: Ты не веришь в это, Тарис, как и я. Ты так ослеплена злостью, что считаешь, будто у Вселенной нет смысла. Но ты права, у меня остаются лишь еще несколько микроспан осмысленного существования. И, чёрт побери, я не собираюсь потратить их, пытаясь убедить тебя, что злоба извратила твой рассудок.
(Шаги останавливаются.)
Романа: Мы на месте.
(Писк, двери раздвигаются.)
Романа: Временные реакторы. Вы идете, Ванселл?
Ванселл: Что? Да. Да, Романа.
Романа: Хорошо.

Доктор: Вот. Консольная теперь полностью синхронизирована с энергетическими ритмами ТАРДИС. С этим больше проблем быть не должно. Нам просто нужно подождать Роману.
Сентрис: Великолепно. Теперь помоги младшему кардиналу. Поторопитесь, младший кардинал, подсоедините эти дельта-провода к круглому разъёму на саркофаге лорда Рассилона.
Младший кардинал: Есть.
Сентрис: Теперь, Доктор, возьми другой конец дельта-проводов и подсоедини их к третьей панели на консоли.
Доктор: Тебе нужно нанять разнорабочего, Сентрис. Не считая меня. Я этим не занимаюсь.
Чарли: Что она от тебя требует? О, мне не видно.
Доктор: Если вы хотите, чтобы кто-нибудь подсоединил саркофаг к механизму самоуничтожения временной станции, то найдите другую пару рук.
Сентрис: О, Доктор, не будь таким порядочным. Коммандер Левит, ваш стазер заряжен?
Левит: Да.
Сентрис: Я считаю до трех. Если до тех пор Доктор не выполнит поручение, я хочу, чтобы вы подняли стазер…
Левит: Ясно.
Сентрис: И прострелили себе голову. Один. Два. Три.
Доктор: Ладно, Сентрис, убедили.
(Грохот, гул энергии.)
Доктор: Теперь довольны?
Чарли: Что это сделало?
Доктор: Как только станция времени материализуется в ионосфере Галлифрея, механизм самоуничтожения начнет короткий обратный отсчет. Как только он завершится, в ту же наносекунду саркофаг откроется…
Сентрис: Распространяя анти-время по как можно большей площади, заражая весь Галлифрей, прежде чем повелители времени смогут организовать хоть какой-то отпор.
Чарли: Что, временная станция взорвется?
Сентрис: Мисс Поллард, когда я впервые выследила вас во времени и пространстве, ваша наивность показалась мне располагающей. Теперь она начинает раздражать.
Чарли: Это очаровательно, определённо. Доктор, будь так добр, скажи этой Сентрис, чтобы она... Доктор?
Доктор: (шёпотом) Давай же, Романа. Что происходит?
Романа: Любите поглощать время, Рорван и Тарис? Представляю вам очаг чистейшей хроноплазматической энергии.
Рорвен: Это потрясающе.
Тарис: Мы жаждем ее.
Романа: Слюнки текут, да? Я бы слишком близко не подходила, будь я на вашем месте. Один дюйм за этот зибаниевый экран — и на атомы развеет даже вас. Ванселл, поможете мне? (шепотом) Поправьте меня, если я ошибаюсь, заместитель Президента, но воздействие саркофага ослабло, да?
Ванселл: Я не знаю. Здесь что-то не так.
Романа: (шепотом) Тихо! Рорван и Тарис увлечены реактором, не выдавай себя. Ты заражён анти-временем, находящимся в саркофаге. Оно воздействовало на тебя, меняло твое поведение. Может быть, даже дольше, чем ты думаешь. Но, похоже, его власть снижается на расстоянии. Ты меня слушаешь?
Ванселл: О, миледи, я вспоминаю. Кажется, я совершил нечто ужасное…
Романа: Так и есть. И распыления, которые ты санкционировал на Галлифрее, – только начало. Я спрошу единственный раз: ты мне верен? Давай, быстро, от этого зависит вся реальность!
Ванселл: Мадам, я буду служить вам, пока звёзды не угаснут, а космос будет не более, чем золой в огне вечности!
Романа: Ближайших пяти минут достаточно. Мне нужен отвлекающий маневр, время, чтобы добраться до комнаты Матрицы, изменить код авторизации этого корабля, прежде чем он материализуется и уничтожит Око Гармонии. Так, если мы сможем опустить оба этих заслона одновременно, наши бестелесные друзья окажутся пойманными между заслонами и реакторами. И если я затем подниму зибаниваевые экраны, они останутся без защиты перед ядрами реактора. Это остановит их, по крайней мере, на достаточное время, чтобы я добралась до следующей палубы внизу. Подними вторую заслонку, вон там, только когда я скажу – хорошо?
Ванселл: Я понял, миледи.

Тарис: Вы еще не закончили?
Романа: Почти, Тарис. Вы готовы, Ванселл? На счет три. Раз, два, три.
(Заслон опускается)
Рорвен [Коммуникатор]: Что это?
Тарис [Коммуникатор]: Что происходит?
Ванселл [Коммуникатор]: Мой заслон, его заклинило! Я, я открываю зибаниевый экран, миледи.
Романа: Ванселл, вы не можете! Заслон на вашей стороне не опущен. Вы окажетесь без защиты перед ядрами реактора.
Ванселл [Коммуникатор]: Я сделаю это с радостью.
Рорвен [Коммуникатор]: Нет, Ванселл! Не открывайте экран!
(Рорвен и Тарис кричат.)
Романа: Ванселл? Ванселл, я… Я не упущу шанс, который ты мне дал. Нужно добраться до комнаты Матрицы. (убегает)

Младший кардинал: Сентрис, в темпоральных реакторах произошел всплеск энергии! Станция в рабочем режиме!
Сентрис: Хорошо, Младший кардинал. Приготовьтесь к … О! Я чувствую, что что-то не так. Рорван и Тарис… мы потеряли их!
Доктор: (шепотом) Молодец, Романа.
Сентрис: И координатора тоже.
Доктор: Бедный старый Затычка. Как жаль.
Сентрис: Тихо, Доктор! Помощник кардинала, проследите за биоритмическим следом Президента.
Младший кардинал: Леди Романа в данный момент находится на нижних палубах, направляясь к...
Сентрис: Камере Матрицы. Левит, запечатать двери.
Левит: Есть.
Компьютер: Запечатывание камеры Матрицы. Закрытие всех внутренних люков.

Компьютер: Запечатывание камеры Матрицы. Закрытие всех внутренних люков.
(Люк захлопывается.)
Романа: О, нет. Слишком поздно! Что мне теперь делать? Ха! Звуковая отвертка. Спасибо, Доктор.
(Жужжание, люк открывается.)
Романа: Удобно ее иметь под рукой, эту старую вещицу. Так, мне остается только надеяться, что это сработает. Матрица, я… иду…

(Гул голосов, Романа падает)
Романа: А! С такими бесконечными ресурсами наши инженеры могли бы сделать вход в Матрицу немного менее… разрушительным. Эй? Алло? Это Президент Романа. Здесь кто-нибудь есть? Кто-нибудь меня слышит?
Голоса Матрицы: Другого пути нет.
Романа: Регистраторы данных! (голосам Матрицы) Эй? Эй? Послушайте. Это дело крайней важности. Паутина Времени в опасности. Вы. Да, вы. Мне нужно доставить сообщение Высшему Совету...
Голоса Матрицы: Загреус приближается. Другого пути нет.
Романа: Нет! Загреуса не существует! Я ваш Президент. Вы меня не помните, никто из вас?
Голоса Матрицы: Загреус приближается. Ни прошлого, ни настоящего, ни будущего.
Романа: Кто-нибудь, пожалуйста, просто послушайте меня.
Голоса Матрицы: Мы не помним. Не помним.
Романа: Это безнадежно. О, Доктор, это безнадежно.
Голоса Матрицы: Не помним.

Доктор: Ну вот, Сентрис. Временная Станция полностью в твоём распоряжении.
Сентрис: Леди Романа достигла комнаты Матрицы. Мне интересно, зачем? А, конечно. Она хочет изменить цифровую подпись временной станции изнутри Матрицы, не так ли?
Доктор: Ну, может быть.
Левит: Ей это не удастся, Доктор.
Сентрис: Видите, Коммандер знает. Даже если бы Президент смогла бы найти кого-нибудь вменяемого в Матрице, чтобы поговорить...
Левит: Во время чрезвычайного положения в настройки трансдуктивного барьера невозможно внести никакие изменения. Это правило совсем недавно было введено по приказу Координатора НАВ Ванселла.
Сентрис: Мы учли и предотвратили любое непредвиденное вмешательство. Ну, Доктор? Тебе нечего сказать?
Доктор: По крайней мере, там Романа в безопасности. Но, с другой стороны… Знаешь, я внезапно почувствовал себя очень старым.
Сентрис: Ты побежден, Доктор, и знаешь это. Хотя, конечно, у тебя еще есть один выход…
Доктор: Любишь как следует позлорадствовать, да, Сентрис? Типично для НАВ..
Сентрис: О, Доктор, не отмахивайся от такой возможности. Никогда не поверю, что ты об этом не подумал!
Чарли: Не сдавайся, Доктор. Все еще есть шанс. Я знаю, о чем она говорит. Понимаешь, я тоже об этом думала.
Левит: Сентрис, временная станция готова к взлёту. Мне начинать протонное ускорение девушки?
Сентрис: Пока нет, Левит! Я не хочу пропустить такую увлекательную сцену!
Чарли: Это же я, да, Доктор? Все зависит от меня. Пока я жива, у бреши в пространстве и времени есть координаты – и у них есть путь в нашу Вселенную. Но если этих координат не станет… ну, они все застрянут в этой реальности, ведь так?
Доктор: Чарли, Чарли, Чарли. Даже не думай об этом.
Сентрис: Ну, а почему нет, Доктор? Мисс Поллард определенно права. Коммандер Левит, положите свой стазер на пол, к ногам Доктора.
Левит: Сентрис, вы уверены?
Сентрис: О, я уверена. Давай, Доктор. Подними его.
Доктор: Это не игра, Сентрис.
Сентрис: Нет, не игра. Это вопрос жизни и смерти. Жизнь девушки против смерти Паутины Времени, для защиты которой была создана вся ваша цивилизация. Подними его. Ну вот. Это же было не больно?
Чарли: Все в порядке, Доктор. Я не боюсь. Как я и говорила в ТАРДИС – мое время вышло! Выбора нет. О, Доктор, ты спас меня с R101. Ты подарил мне эти потрясающие несколько месяцев. То, что я видела, места, в которых я побывала… благодаря тебе я прожила больше, чем могла представить! Ты самый чудесный, самый добрый, самый невероятный человек из всех, что я встречала… мне жаль, что до этого дошло, мне жаль, что все должно закончиться вот так. Но если Паутина Времени будет уничтожена, то все время, которое было у меня, все места, где я побывала, все те сказочные, фантастические моменты, которые мы пережили, они вообще никогда не случатся. Не дай тем временам исчезнуть. Не позволяй всему этому пропасть зря. Я знаю, что это отвратительно, ужасно, но я хочу, чтобы ты это сделал. О, Доктор, пожалуйста, сделай это, пока еще не слишком поздно.
Доктор: Чарли, я не могу. Ты мой друг, и я люблю тебя. Я не могу посмотреть тебе в глаза и просто застрелить тебя. Ни за что!
Чарли: Доктор, я тоже тебя люблю, и это неподходящее прощание, но пожалуйста… пожалуйста! О, да что с тобой такое! Ты спасал вселенную прежде, так сделай это еще раз! Это единственный способ!
Сентрис: Всё верно, Доктор. Это легко. Мгновенный взрыв энергии, и все беды будут забыты. А если тебя будет укалывать совесть – ну что ж, ведь это было ради самой благородной цели.
Чарли: Да заткнись ты, Сентрис! Ты думаешь, что мы похожи, да? Поэтому ты приняла мою форму. Но это не так. Мы обе умерли раньше своего срока – должно это было произойти или нет, неважно. Но разница в том, что я благодарна за каждую секунду своей жизни. Шарлотта Поллард, эдвардианская искательница приключений. Мы измеряем наши жизни в любви, и я любила каждую минуту. Но ты, и все потерянные мальчики и девочки в вашей Стране Несуществующих, вы так зациклены на том, что вы могли упустить, что вы забыли, каково было жить. Я тоже могу злиться. И, знаешь, мне очень страшно. Но мы рождаемся в любви, а не в злости – и любовь никогда не умирает, как бы ни коротки были наши наши жизни. Давай, Доктор. Сделай это сейчас же!
Доктор: Я не могу, Чарли. Я не могу! Прости.
(Стазер падает на пол.)

Сентрис: Подбери стазер, Левит.
Чарли: Нет! Нет, нет, нет, нет, нет! Я не хочу, чтобы всё было так.
Сентрис: И теперь, Левит, активируйте брешь. Открыть Портал!
Левит: Да, Сентрис.
Чарли: Прощай, Доктор. Надеюсь, ты знаешь, что натворил!
Сентрис: Зафиксируйте и загрузите координаты бреши, младший кардинал. Ну, Доктор? Нас совсем немного. Только Левит, младший кардинал и несколько стражников. Возможно, если бы вы смогли подстрелить их всех, то у этой ситуации был бы другой исход. Но вы не станете. Слава Доктору. Герою настолько щепетильному, что он предпочёл стоять в стороне, пока всё, что он любит, обрекалось на исчезновение.
Доктор: Сентрис, ты не просто зла и мстительна, ты в замешательстве. Когда-то убийства были тебе настолько отвратительны, что ты стёрла саму себя из бытия. Я не стану уничтожать свою подругу, и уж тем более стыдиться этого. Разве ты не видишь, что делаешь? Ты собираешься стереть жизни бесчисленных миллиардов существ! Разве они не важны? Разве невинные не считаются?
Сентрис: Живые? Нет. Не осуждайте меня, Доктор. Я забочусь лишь о своих. Вы оказались к этому неспособны. Рано или поздно всем приходится выбирать сторону. И если ты не защищаешь свой народ – ты предатель. Сдавайтесь, Доктор. Вы предали всю Паутину Времени, потому что не смогли запачкать руки в крови. Каково это? Младший кардинал, наш курс на Галлифрей задан?
Младший кардинал: Курс вычислен, Сентрис.
Сентрис: Тогда начинайте конечную дематериализацию.
(Временные двигатели запускаются.)
Доктор: Конечная дематериализация. Да, да, это может сработать!
Сентрис: Три целых шесть десятых микроспан до приземления. Доктор, куда это вы направились? Левит!
(Стазерный огонь. Двигатели ТАРДИС.)
Левит: Он исчез!
Сентрис: Это неважно. Мы материализуемся всего лишь через две целых восемьдесят пять сотых микроспан, и Доктор не может сделать ничего, чтобы предотвратить это.

Доктор: Давай, давай, старушка! Мы почти на месте, почти у бреши, и потом… да, точно! Что ж… не могу сказать, что будет не больно. Мне придется перенастроить твою суперструктуру, и у меня не получится сделать это мягко. Приготовься…
(Двигатели тарахтят.)
Доктор: Что? Умеешь ты выбирать время, старушка. Но не сейчас, пожалуйста! Не подводи меня сейчас.
Старик: Друг мой, дело не в механизме.
Доктор: Вы! Это вы. В самом деле вы. Милорд, я поистине польщён, но умоляю вас, не вмешивайтесь.
Старик: О, Доктор, ты должен был сам догадаться. Я просто заморозил нас здесь. Возможно, в твоей ТАРДИС, возможно, в твоей голове. Время продолжает идти.
Доктор: Но скоро его может не стать. То, что вы показали мне в Матрице – прошлое и будущее, принесенное в жертву настоящему, – это может случиться, прямо сейчас, если… если мне не помешают сделать то, что я собираюсь.
Старик: Тогда это действительно час отчаяния. Расскажи мне, Доктор. Расскажи, как это всё случилось.
Доктор: Господи, у меня нет времени.
Старик: Теперь есть. Ты ведь можешь побаловать мёртвого старика, разве нет?
Доктор: О, а, ну, если вы уверены, я... Где это всё началось? Однажды ночью, на Земле, я полагаю, высоко над Ла-Маншем, я был на борту великолепного дирижабля, корабля, который назывался R101. Там был мальчик, стюард, он бежал от кого-то или чего-то. Только это был не мальчик. Девочка – Шарлотта. Шарлотта Поллард. Она сказала, что друзья называют её Чарли. Она сказала мне, что я самый странный человек, которого она когда-либо встречала.
Сентрис: Брешь! Брешь! Мы проходим!
Доктор: Я искренне верил, что причиной искажения времени был Грэйл. И что, благодаря его раскаянию, мне больше не нужно волноваться. Я говорил Чарли чистую правду. Но я должен был понять раньше.

Старик: Безусловно. И что же еще ты можешь мне рассказать?
Доктор: Думаю, все остальное говорит само за себя, милорд. Стоит лишь пояснить, что, едва покинув Сингапур, мы с Чарли поняли, что наши беды только начинаются. Сначала далеки, а теперь… А теперь дошло до такого. Я должен остановить Несуществующих, не дать им добраться до Галлифрея, как бы сильно я ни пострадал от последствий.
Старик: И это тоже чистая правда?
Доктор: Именно так.
Старик: Ты учёл все варианты?
Доктор: Да.
Старик: Тогда я обязан позволить тебе продолжить.
Доктор: Благодарю вас, милорд. Прежде чем вы исчезнете, могу ли я просто спросить, почему вы, эм, ну, заскочили ко мне вот так.
Старик: Доктор, я уже сказал тебе. Я хотел узнать, что привело тебя сюда, к этому выбору. Но если ты принял решение, я не могу вмешаться. И это печально.
Доктор: Печально?
Старик: Я наблюдал за тобой все эти долгие годы. Я видел тебя во время всех твоих приключений, видел поступки, которые ты совершил ради своих убеждений. Некоторые из них я едва ли одобряю.
Доктор: О, ну, знаете, иногда всё идёт не совсем так, как планируешь.
Старик: Верно. Но по большей части, Доктор, я горжусь тобой. Ты облагородил жизнь многих людей в сотнях миров. О некоторых, полагаю, ты даже не знаешь. Ты изменил этот мир. И я пришел сюда лишь для того, чтобы сказать тебе это. Прежде, чем все кончится. Пока не поздно.
Доктор: Милорд, вы оказываете мне честь.
Старик: Нет, Доктор. Это ты оказал мне честь. Прощай.
(Двигатели продолжают работу.)
Доктор: Ээ? Мне одному кажется, что только что случилось что-то странное?.. Уже неважно. Так, на чём я остановился? O, да.

Младший кардинал: Мы прошли сквозь брешь, Сентрис.
Сентрис: Тогда мы достигли цели! Поднять заслонки на наблюдательных постах!
(Грохот поднимаемых заслонок.)
Сентрис: Наконец-то, наконец-то мы вернулись! Галлифрей сверкает под нами, как драгоценный камень… который скоро будет расколот. Начинай отсчет, Левит!
Левит: Начинается обратный отсчёт, Сентрис.
Компьютер: Начат цикл самоуничтожения временной станции. Цикл завершится через 0,45 микроспан.
Сентрис: О, лорд Рассилон, ваш день — вчерашний, и он подходит к концу... Завтрашний день принадлежит мне!
(Звук материализации)
Сентрис: Что это?
Младший кардинал: Вокруг нас что-то есть, Сентрис.
Компьютер: Самоуничтожение через 0,4 микроспан.
Сентрис: Куда, куда пропал Галлифрей?
Доктор [Коммуникатор]: ТАРДИС вызывает временную станцию. ТАРДИС вызывает временную станцию. Сентрис, слышишь меня?
Сентрис: Доктор!
Доктор [Коммуникатор]: Он самый, Сентрис! Как, думаю, вы все видели, я материализовал свою ТАРДИС вокруг временной станции. Да, это очень сложно, и нет, это не очень хорошая идея, и да, она трещит по швам – но ты не оставила мне выбора.
Компьютер: Самоуничтожение через 0,3 микроспан.
Доктор [Коммуникатор]: 0,3 микроспан. Ох. Этого не хватит, чтобы отменить самоуничтожение.
Сентрис: Доктор, если временная станция взорвется внутри твоей ТАРДИС, и ты, и она будете полностью уничтожены.
Доктор [Коммуникатор]: O, Сентрис, эта ТАРДИС крепка, как старые ботинки. Она сдержит вещество из саркофага. По крайней мере, на достаточно долгое время, чтобы повелители времени разобрались с этим. А Чарли… ну, она будет в безопасности, когда стабилизируется, так что остаюсь только я. И если смерть — плата за спасение всей истории, за спасение дорогого мне человека — что ж, я достаточно повеселился за все эти жизни. Мне не на что жаловаться.
Компьютер: Самоуничтожение через 0,1 микроспан.
Сентрис: Отсоединить саркофаг! Отсоединить саркофаг!
Доктор [Коммуникатор]: Слишком поздно, Сентрис. Так все и закончится... И мне очень жаль, Но ты знаешь, как говорят обычно... Иного пути нет.
Компьютер: Два, один, ноль. Цикл завершён.
Сентрис: Нет! Нет! Нееееет!

Романа: Все в норме. Что происходит?
Голос 2: Человеческая эра, Земля, 5 октября, 1930. Дирижабль R101 терпит крушение во Франции. Шарлотта Поллард спасается из пламени.
Романа: Они записывают эти события в Матрицу. Нет, нет, здесь должна быть какая-то ошибка.
Голос 1: Временная воронка, неопределённый вектор. Существование Шарлотты Поллард становится причиной возникновения межпространственного разрыва. Анти-время проникает во Вселенную.
Романа: Это неправильно. Так не должно быть.
Голос 3: Эра Рассилона, Галлифрей, 6978.3. Под влиянием анти-времени Президент Романа организует миссию за границу временной воронки через пространственно-временной разрыв.
Романа: Этого не должно было случиться.
Голос 1: Временная воронка, неопределённый вектор. Армия анти-времени планирует уничтожить Око Гармонии.
Романа: Если только... О, нет.
Голос 3: Эра Рассилона, Галлифрей, 6798.5. Их план срывается, когда повелитель времени, известный под именем Доктор, материализует свою ТАРДИС вокруг саркофага с анти-временем, с помощью которого должно было быть уничтожено Око Гармонии. Голос: Мы помним эту историю. Мы хорошо помним ее.
Романа: Тогда всё, что случилось, всё, что произошло, стало частью Паутины Времени? О, великолепно. Просто великолепно. Сам факт распада истории становится её частью. О, Доктор, ты сделал это. Ты в конце концов сделал это. Тебе понадобилось девять сотен лет, но, в конце концов, ты сделал свой последний благородный жест. Ты спас само время, обыграв историю в её же игру. Но история тебя запомнит. Повелители времени тебя запомнят. И я никогда, никогда тебя не забуду… невыносимого, неразумного, сумасшедшего, импульсивного… изумительного Доктора. Так, что случилось дальше?
Старик: Дочь Времени, ты знаешь, что о таком лучше не спрашивать.
Романа: Простите, что... Вы. Старик, бесконечно печальный и бесконечно мудрый. Доктор говорил, что видел вас в Матрице... милорд.
Старик: А, Доктор. Любимый сын. Он спас свою подругу, чего бы это ни стоило. Но цена, которую он заплатил, была чудовищной.
Романа: Значит, мисс Поллард... Чарли... выжила?
Старик: Да, это так. И брешь была закрыта навсегда. Она была восстановлена в ТАРДИС Доктора, парадокс ее выживания был разрешён навеки, потому как если Паутина Времени была спасена самим фактом ее существования, то тогда сам факт ее существования вовсе не может погубить Паутину.
Романа: Парадокс.
Старик: С которым мы все вполне можем жить. Это станет первой из многих сложностей, с которыми вы столкнётесь, мадам Президент, во время своего правления.
Романа: Моего правления? То есть я могу вернуться на Галлифрей? О, это же жульничество.
Старик: Если бы вы попытались вернуться через ту дверь Матрицы, через которую вы прошли, вы практически наверняка были бы уничтожены. Но есть больше одного выхода из мира снов для тех, кому благоволит Матрица. Выбор ваш, мадам Президент.
Романа: Я думаю, я надеюсь, что я всё ещё могу предложить многое народу Галлифрея. В особенности после сегодняшнего.
Старик: Тогда мы желаем, чтобы ты продолжила свое правление.
Романа: Дверь!
Старик: Иди с нашим благословением, Дочь Времени.
Романа: Я благодарю вас, милорд. Первым делом я вызволю мисс Поллард и найду для неё место на страницах истории.
Старик: Мисс Поллард? О, её история не совсем закончена. На самом деле, она ещё только начинается. Когда откроется новая глава, глава тёмная и ужасная, я верю, что ты сыграешь свою роль, Романа, со всей мудростью и страстью, которые ты показала сегодня.
Романа: Следующая глава? Что вы имеете в виду? Что произойдёт? Простите, милорд. Это не то, что я хотела сказать.
Старик: Если ты не пожелаешь остаться, я не смогу передать тебе это знание.
Романа: Конечно. Мне придется самой получить его. По капле в день.
Старик: Идите, мадам Президент. Вперёд, в будущее.
(Романа исчезает.)
Старик: Прощай, дочь. Благословляем тебя. Ибо Загреус ждёт в конце вселенной, ведь Загреус и есть конец вселенной, его время — это конец времени, в его время само время распадается.

Чарли: Ау? Ау? Здесь кто-нибудь есть? О, Доктор, ты здесь?
Чарли: Доктор. Доктор, это ты? Здесь так темно и холодно, что я едва могу...
Доктор: Не приближайся.
Чарли: Доктор! Доктор, это ты! Это ТАРДИС? То есть, что произошло? Это всё было как во сне. Я оказалась здесь, хотя до этого я была на временной станции со всеми теми ужасными Несуществующими и... O, Доктор, давай, я помогу тебе.
Доктор: Я сказал, не приближайся.
Чарли: Ох! Доктор, что не так? Ты ранен или что-то ещё?
Доктор: Ранен? Нет, я не ранен. Эта ТАРДИС содержала в себе всю временную станцию, когда та взорвалась. Корабль был доверху наполнен огромной массой яростной бурлящей энергии…
Чарли: Что, анти-временем?
Доктор: Какой грубый термин для этой сущности жизни… и смерти. Но теперь брешь закрыта, теперь твоя проблема решена, и всё, что осталось от неё в этой реальности, содержится здесь.
Чарли: Что, в ТАРДИС?
Доктор: Нет, здесь.
Чарли: Ты меня пугаешь, Доктор, прекрати, пожалуйста.
Доктор: Доктор, Доктор. Я храню остатки силы, поражающей воображение. Воображение… да! Как хорошо было бы перенять свой титул от плода воображения – создания, наполненного могуществом благодаря бессмертному гневу несуществующей расы!
Чарли: Доктор, я понятия не имею, о чём ты, но очевидно, что тебе нужна помощь, так что если ты просто позволишь мне...
(Доктор сбивает её с ног)
Чарли: Ааа! Доктор, Доктор, что с тобой не так?
Доктор: Я уже сказал тебе, девчонка, я не Доктор! Я стал тем, кто сидит у тебя голове. Тем, кто живет среди мертвых. Тем, кто видит тебя в твоей постели, и съест тебя, пока ты спишь. Я стал ЗАГРЕУСОМ!

Перевод: FREE TIME